– Её не просто съел пролетавший мимо дракон. Её … в жертву принесли.
«Ой-ой-ой, – сказала Ласточка в голове у Листика. – Эта история нам уже не нравится».
– Это всё шаманы, – быстро продолжила Рябинка. – Сказали, что им было видение и что её надо отдать драконам, чтобы защитить деревню. Но вина моя, Листик.
– Твоя?
– Помнишь книги, которые Ласточка стащила из библиотеки шаманов? – Листик кивнул, припомнив, как сестра улизнула, чтобы прочитать их, как обещала стать потом очень умной и ворчала, что в книгах всё оказалось очень скучно.
– Она прятала их у меня, на чердаке, – продолжала Рябинка, – читая всякий раз, когда мама с папой уходили из дома. Ей было плевать, знаю я о книгах или нет. Потом мама нашла одну, пока вы, ребята, были в школе, и как заорет на меня: ты, воровка, а я такая, нет, это не я, это … это Ласточка взяла книги.
Рябинка растерла ладонями лицо.
– Понимаешь, я думала, что её накажут как обычно, не сильно. То есть я знала, что проступок серьёзный, просто не думала, что шаманы … решат, будто из-за Ласточки сплошные беды, и захотят избавиться от неё.
– За то, что она их книги читала? – онемело проговорил Листик. – Они за это скормили драконам семилетнего ребёнка?
«А с виду такие правильные и воспитанные люди, – съязвила Ласточка. – Хвала небесам, что нашей деревней руководят эти титаны нравственности».
– Я пыталась остановить их. Как только узнала, что готовится, принялась орать на родителей, швыряться в них всем, что под руку подвернётся … этого было мало. Когда Ласточку схватили, меня заперли в погребе.
Надо было придумать, как оттуда выбраться, и спасти её. Ты бы придумал, ты бы и спас её.
Листик всё ещё дивился тому, как неравны оказались преступление и наказание.
– Может, ей пытались заткнуть рот? Наверное, она прочла в книгах что-то такое, что никому знать не полагалось."
"Он порылся в памяти: не говорила ли чего Ласточка? Ему тогда было восемь, и каракули в заплесневелой книге его не занимали. Вроде бы в книгах были сплошные цифры, так она говорила … Ну и что? Что в цифрах тайного?
– Прости, Листик, – сказала Рябинка.
Листик поднял на неё взгляд, и до него внезапно дошло, что сестра все эти годы врала ему. Она и Бор, оба они врали ему. Стоило заговорить о Ласточке, и они повторяли одну и ту же легенду. Рябинка позволила ему винить во всём драконов, позволила построить жизнь на ненависти к ним, а сама все это время знала, кто настоящий злодей.
«Шаманы. А еще мать с отцом, которые позволили всему случиться».
