Переспорить дракона не удалось, так что вскорости, сидя под цветущим и благоухающим кустом, я вместе с детьми планировала Великий Завоевательный Поход. Рядом болтался и Хейддис, которому лорд Дальфари сделал внушение и теперь дракон не сводил с меня глаз.
— В подвале страшно, а еще Хейддис запускает пуго-звуки, — Лотта метнула в дракона обиженный взгляд.
Чуть растерявшись, я неуверенно произнесла:
— Он не виноват, я думаю. Целитель Исар вылечит желудок Хейддиса и, вероятно, он перестанет…
— Эй! — воскликнул дракон, — я всего лишь пускал слуховые иллюзии, как будто кто-то крадется в темноте! Так же веселее.
Подавал-то наш, родной. В нем даже крыс нет, все надежно зачаровано.
Посмеявшись, мы с детьми поднялись и решительно направились в подвал. Играть в прятки и рассматривать древние кресла и стулья — все это добро было снесено именно туда.
Правда, уже в первые минуты мне показалось, что дети не зря настаивали именно на подвале. Они явно что-то искали — сдергивали ткань с картин, заглядывали за диваны и открывали все шкафы.
При этом они неуклюже врали про поиски страшного хватайки, монстра, которым их пугали в детстве.
— Ты ведь что-то понимаешь, верно? — я подпихнула Хейддиса локтем.
Дракон преувеличенно громко охнул и потер ладонью бок:
— Не то чтобы знаю, скорее догадываюсь.
— И?
— Не я должен это рассказывать, — тяжело вздохнул дракон. — И не потому, что это тайна, а потому что у тебя возникнут вопросы и вот на них я уже ответить не смогу…
В этот момент я отвлеклась, потому что Лотта, потянув за ткань, едва не свалила на себя гору хлама, которая скрывалась под ней.
Едва успев спасти девочку, я тут же бросилась к Марку, который чуть не провалился в глубокий сундук.
— Он же зачарован, вот захлопнулся бы, — ворчала, отряхивая драконенка от пыли.
— Вдруг там хватайка, — Марк отвел глаза, — я бы его ух!
Отпустив дракончика, я с грустной улыбкой проследила за тем, как они с сестрой, с неугасающим энтузиазмом продолжают рыться в горах старья.
— Наколдуй им еще один светляк, — попросила я дракона. — Если уж решил молчать.
— Да не решил я, — раздраженно отозвался дракон. — Они ищут портрет своей матери.
Оп-па.
— Здесь?!
— А сейчас ты спросишь, почему Альдис приказал снять все портреты леди Дальфари, — скривился дракон.
Потерев кончик, я пожала плечами:
— Не спрошу. Моя мать умерла родами и я… Я видела лишь один ее портрет. Точнее, изображение в газете.
