Дочь владыки одного из островов, что вместе зовутся Морским Ожерельем, я носила драгоценные шелка и вилльское кружево. Пряжки туфель были серебряными, а волосы поддерживали редчайшие варцинитовые шпильки. И при всем при этом я голодала. Мачеха делала все, чтобы моя сила ослабла и родовые артефакты не приняли меня в качестве наследницы.
Что ж, это у нее получилось. А вот родить отцу мальчика — не вышло.
Хмыкнув, я поправила бесценную варцинитовую шпильку и собрала бумажные заготовки. Потом приманила магией банку с какао, пряности и сахар.
Так, в ореоле золотистого света мы и вышли в зал.
День потек своим чередом. Дорис и Катрина, два шоколада и три бисквита с клубникой, затем стражники. Затем небольшое затишье и группа студентов — готовятся к последнему экзамену, а в глазах лето и явно нет желания учиться.
Но я все поглядывала в окно, чтобы…
Вот и они. Идут медленно, неспешно. Не дожидаясь, пока они пройдут в зал, я сразу начала готовить шоколад. И от волнения упустила опять свою магию, вокруг рук мягко загорелся золотистый свет.
Что меня совсем не порадовало — из-за этой своей особенности мне пришлось проходить особую комиссию и доказывать, что моя магия не вредит людям. Увы, с самого детства мое колдовство сопровождается этим сиянием. И что самое обидное, это всего лишь милая особенность моей ауры, которая никаких тайн в себе не несет.
«Ну кроме того, что мачеха стегала меня тонкой линейкой по пальцам, когда я сбивалась и начинала светиться», хмыкнула я. И, будто назло прошлому, позволила свету усилиться, да так, что в шоколаде замерцали золотые искры.
— Добрый день, леди Аддерли.
— Добрый, таинственные драконятки, — улыбнулась я и выставила им три стаканчика.
Один с шоколадом и два пустых, чтобы могли разделить на двоих. Приняв у них монеты, я в очередной раз предложила им бисквит и добавила:
— За счет заведения, малыши.
— У нас есть деньги, — грустно ответила девочка, — но нет возможности его съесть.
Они устроились за одним из столиков и я, захваченная потоком клиентов, потеряла возможность присматривать за ними.
Чтобы чуть развеселить детей, я запустила по шоковерне золотистую цветочную иллюзию, а после повернулась к новым клиентам. Две юные девчонки, едва перешагнувшие порог семнадцатилетия и шебутной мальчишка лет восьми."
"— У вас так красиво получается! А меня Финн зовут, а это мои сестры. Мы приехали с Алмазного пика, — он был так весел и жизнерадостен, что я и сама начала улыбаться.
