– Тебе бы в табачном бизнесе работать, – пробормотал я, беря пачку. Такой я никогда не видел – сигареты назывались «Сумеречные», содержание никотина было указано нулевым, содержание смол «–0,6».
– При курении очищают легкие, – сказал Тигр. – Хорошая бизнес-идея?
– Мне кажется, ты опасно очеловечился, – заметил я, снимая с пачки целлофановую оболочку. – Это я не о кофе и сигаретах, а о твоем чувстве юмора.
– И это твоя вина, – сообщил Тигр.
– С какой еще стати? Я совсем не смешной, разве что когда падаю лицом в салат.
– Да, ты серьезный, как надгробие, – признал Тигр. – Дело в другом. Ты довел ситуацию до пата. Я не смог убить мальчика-пророка. Но оставался риск, что пророчество будет озвучено. Поэтому я был вынужден остаться среди людей. На неопределенное время, до смерти Иннокентия Толкова, а желательно – также твоей, твоей жены и твоей дочери.
– Ну спасибо за откровенность, – вздохнула Светлана.
– Я же отказался от идеи ускорить процесс, – обиделся Тигр. – Я должен был ожидать естественного хода событий.
Но это привело к тому, что я остался среди людей. На неопределенное время.
– И стал жить человеческой жизнью, – сказал я. Достал сигарету, понюхал. Пахло табаком. Приятно пахло, с точки зрения курильщика. Нет, не стану я нарушать закон и курить в кофейне! С искренним сожалением я втиснул сигарету обратно в пачку. – Дай догадаюсь… у тебя есть квартира?
– Не одна и не в одном городе, – ответил Тигр. – Ты бы знал, какое у меня бунгало в Доминикане!
– Наверное, девушка тоже есть? – предположил я.
– Может, тоже не одна?
Тигр скромно улыбнулся.
– С ума сойти, – сказал я. – А потом будут рождаться дети со сверхспособностями."
"– Нет-нет, – торопливо ответил Тигр. – Это слишком серьезный шаг, я к нему пока не готов.
– Так ты что – воплотился в человека? – спросил я, почему-то понижая голос.
– Не понял, – нахмурился Тигр.
– Это он к сумраку обращается, – сказала Надя. – Точно, пап?
Я кивнул.
– Я не сумрак, – досадливо вздохнул Тигр. – Сумрак не имеет… – Он задумался.
– Личности? Разума в человеческом понимании? Воплощения? В общем – я некая часть. Рабочий организм. Или механизм. Я сам по себе.
– Ты таким стал, – заметил я. – Тебя совратила человеческая жизнь. Со всеми ее маленькими радостями.
Тигр кивнул.
– Хорошо, – сказал я. – Вообще-то я совсем не против. Ты не убиваешь бедных пророков почем зря – это же прекрасно! Тогда скажи, кто такой Двуединый?
– У меня не больше информации, чем у тебя. – Тигр даже несколько обиделся.