И смотрит ясными и честными глазами. Потом на пару недель затихнет, принесет из школы несколько пятерок, благо мозги у него хорошие и ему это не трудно, а потом опять все сначала. Могу себе представить, где он шатается целыми днями, пока уроков нет, а мы с тобой на работе.
– Я у Клары Степановны спрашивала, она меня заверила, что Коля только по ее просьбе ходил в магазин, а все остальное время был дома, с ней.
– Ну, ты ей верь больше. Она всю жизнь его покрывает. Моя мама испытывает к нашему Кольке необъяснимую слабость.
– Почему же необъяснимую? – улыбнулась Люба. – Он все-таки ее внук.
– Но и Лелька ее внучка, а мама явно Кольку любит больше.
– А ты ревнуешь?
– Кто? Я? – Родислав рассмеялся. – Вообще-то ты права, мне за Лельку обидно.
Любе на мгновение показалось, что так было всегда, так есть и так будет: Родислав пришел с работы, она кормит его ужином, и они обсуждают детей. Только так и может быть в нормальной семье, где царит любовь и взаимное доверие. И никаких чудовищных, страшных и невероятно глупых договоров.
– Ты о чем-то хотел поговорить со мной? – спросила она. – Давай сейчас, пока Клара Степановна смотрит телевизор.
Родислав отодвинул пустую чашку, потом зачем-то придвинул ее снова к себе.
– Налей мне еще чайку, только погорячее, я руки погрею, – попросил он.
Люба налила в чашку заварку, добавила кипятку. Родислав обхватил чашку ладонями.
– У нас с Лизой будет ребенок, – выпалил он, не глядя на жену.
«У нас». Не «у Лизы», а «у нас с Лизой». Люба почувствовала, как мир рушится вокруг нее.
– И что теперь будет? – тихо спросила она. – Ты уйдешь к ней?
– Конечно, нет. Мы же с тобой договорились. Просто теперь мне придется больше времени проводить с ней. И деньги… Ей нужны витамины, фрукты. Я буду давать ей больше денег. Если ты не возражаешь, – добавил он, по-прежнему не глядя ей в глаза.
– Какое я имею право возражать? Я тоже была беременной, даже два раза, и хорошо помню, как важно мне было твое внимание и твоя забота. И насчет витаминов и фруктов ты прав.
Вот только насчет времени… Не знаю, Родинька, как это устроить. Ты и так бываешь у Лизы достаточно часто, и пока твоя мама здесь, мы сильно рискуем. Ей не нравится, что ты почти каждый день задерживаешься на работе, у тебя теперь опять партсобрания, банкеты, юбилеи и Ленинская библиотека, – Люба горько усмехнулась.
– Прости меня, – негромко сказал Родислав.
– За что? Мы же договорились.
– Не за это. Я нагружаю тебя своими проблемами.
