– И что, если все это делать, то ребенок встанет на ноги и может полностью выздороветь?
– Ну, это крайне маловероятно, хотя случаи выздоровления бывают, – вздохнула врач. – Чаще всего речь может идти только о том, до какой степени больной сможет самостоятельно передвигаться. Если в течение двух лет функции не восстановятся, ребенка переведут на инвалидность.
– Вы не знаете, сколько еще Дениса продержат в больнице? – спросила Люба.
– Его не выпишут до тех пор, пока он не перестанет выделять вирус.
Это примерно шесть недель. Что вас еще интересует?
– Я пока не знаю, – призналась Люба. – Вы позволите мне позвонить вам, если у меня будут еще вопросы?
– Конечно, звоните.
Люба положила трубку и ушла в ванную стирать. В принципе стирка была не срочной, Люба планировала ее на пятницу, но ей необходимо было уединиться, чтобы подумать. Родислав дома, он в комнате смотрит футбол, на кухне Леля угощает пришедших в гости подружек чаем с домашним тортом, а куда деваться Любе со своими горестными мыслями? Ведь если она уйдет в комнату дочери или отсутствующего Николаши, это сразу же будет замечено и вызовет множество вопросов: что случилось, не заболела ли она? А в ванную никто не сунется во время стирки.
"
"Что же ей делать? Как сказать Родиславу о том, что его маленький сынишка, вероятнее всего, останется на всю жизнь инвалидом, нуждающимся в постоянной помощи? И как повести себя в этой ситуации? Уже сейчас первой предложить Родиславу подумать о том, как и чем они могут помочь Лизе и мальчику, или подождать, пока муж сам дозреет до этой мысли? А если он не дозреет? Ведь совершенно очевидно, что, имея на руках ребенка, который сам не ходит, Лиза вынуждена будет уволиться и жить на детские пособия, и тут уж ста рублей, которые ей выдает каждый месяц Родислав, точно не хватит.
Придется подумать об увеличении суммы дотации. Господи, сколько же это будет продолжаться? Конечно, Денису, как инвалиду детства, положена будет пенсия, но ведь врач сказала, что вопрос об инвалидности будет решаться только через два года, значит, еще два года придется полностью содержать Лизу и двоих детей.
Снова копейки считать… Только-только они вздохнули чуть свободнее – и опять все сначала. Впору бросать работу на заводе и идти в кооператоры, может, хоть так денег удастся заработать.
