Только ты сможешь справиться со своим даром и не обратить его во вред, потому тебе его и дали. И ты всей своей вечной жизнью должен показывать пример того, как можно бороться с искушениями. Понял?
– Ты думаешь, все обстоит именно так? – с сомнением произнес Камень. – Что-то мне не верится.
– Пожалуйста, предлагай свою версию, давай ее обсудим, – с готовностью откликнулся Змей.
Но никакой другой версии у Камня не было. Получалось, что ныл он совершенно напрасно и то, что он считал своей бедой, на самом деле было даром богов, за который надо быть благодарным судьбе.
Хорошо, что есть на свете мудрый и рассудительный Змей, который всегда может успокоить и утешить.
– А ты уверен, что я могу достойно противостоять соблазну? – тревожно спросил Камень, понизив голос. – Я же раньше нарушал правила.
– Но ты понял, что нельзя этого делать, и с тех пор больше не нарушаешь. Ты сделал выводы из своих поступков, ты извлек из собственного опыта полезные уроки и теперь с успехом подаешь пример стойкости и выполняешь возложенную на тебя богами задачу.
Я же знаю, тебе порой очень хочется нарушить, у тебя прямо все чешется – до того тебе хочется кое-что изменить, но ты терпишь и не поддаешься соблазну. Знаешь, говорят, что самые ревностные католики – это те, кто сначала как следует нагрешил. Вот и с тобой получилось то же самое.
Камень окончательно успокоился и стал ждать Ворона с очередным рассказом.
* * *"
"Лариса оглядела себя в зеркале и осталась вполне довольна своим видом.
Фирменные джинсы, из которых выросла Леля, пришлись Ларисе впору по длине, но были слегка тесноваты в бедрах, и это очень нравилось девочке, ей казалось, что в них она выглядит сексуально и аппетитно. Новая блузка, сшитая тетей Любой, шелковая, с массивными подплечниками, предназначалась, конечно, для других случаев и не была рассчитана на потертые джинсы, но Лариса была уверена, что одета просто сногсшибательно. Дополняли наряд крупные пластмассовые серьги-кольца, ярко-красные, никак не вяжущиеся с голубовато-серой блузкой.
Ну и что, подумала Лариса, зато модно. Ей очень хотелось выглядеть привлекательно и броско.
На то, чтобы накрасить глаза, у нее ушло минут двадцать, она тщательно рисовала черные стрелки, накладывала тени трех оттенков – посветлее под бровью, самые темные – над внешним уголком глаз, как ее научила тетя Аэлла, подруга тети Любы. Получилось красиво, Лариса даже залюбовалась своей работой.
