Тяжело дыша, он впивается в мои губы.
Пьяная вдрызг и абсолютно невменяемая соскакиваю с этого опасного стола!
По другую сторону от Хана. Мой телефон с грохотом летит на пол.
Покачнувшись, хватаюсь за стол руками.
Смотрю в остекленевшие глаза Хана.
Боги… По спине мурашки! Словно на меня охотится хищник, который внезапно вырвался из его ""каркаса"".
— Иди сюда… — беззвучно двигаются его губы.
Почти с угрозой. Ну или это очень похоже на угрозу.
Жадно облизывает губы, тяжело сглатывая.
Шокированно и испуганно кручу отрицательно головой.
— Нет!! Я же сказала! Нет!
Раздражённо швыряя в меня полотенце, уходит в душ.
Выдыхая, сползаю по стене. Сглатываю ком в горле. Все пересохло…
Между ног до сих пор пульсирует.
— Мамочка… — взъерошиваю волосы. — Как я с ним спала вчера?.. Как сейчас с ним спать?!..
Глава 27 — Лёд
Хер уснёшь!
Ворочаюсь уже не первый час в своей спальне.
Словно канаты тянут из меня. Места не нахожу.
Психанув, встаю. Медленно разгораются фиолетовые ночники по периметру квартиры.
Забираю планшет, иду в кухню.
Мимо неё…
Спит, укутавшись с головой в огромное одеяло.
Штора поднимается под порывами уже осеннего прохладного ветра.
Зависнув, смотрю на эту штору и на Мию.
Я до поздней осени сплю с открытым балконом. Но — так и быть… Закрываю его. Задохнётся ещё в этом одеяле. Зараза…
Наливаю себе стакан тоника, сажусь на диван, к ней. Включаю программу 3Д, работаю…
По какой-то непостижимой логике, рядом с ней пропадает это ощущение наматывающихся на лебёдку внутренностей.
И я могу полноценно погрузиться в дизайн. И не думать ни о чем больше.
Ворча во сне, пьяная девчонка поворачивается и упирается стопой мне в бедро. Холодная…
Скашиваю взгляд, разглядывая ее пальцы. На среднем — серебряное колечко с головой слона.
Сжимает мое бедро ими, слегка щипая. Ну вот ещё…
Кладу руку на ее щиколотку, чтобы отодвинуть от себя. Но вместо этого, почему-то сжимаю холодные пальцы. Грею…
Натягиваю одеяло, так, чтобы закрыло ее стопу и меня
Делаю глоток тоника, продолжая работать на планшете.
Не замечаю, как вырубаюсь поперек разложенного дивана. И то, что она нагло и по-хозяйски упирается одной ногой мне в бок, а вторую вообще закинула сверху, никак не обламывает. А только останавливает чёртову ""лебёдку"". И я глубоко и спокойно сплю, положив кисть сверху на ее изящную икру.
Просыпаюсь ночью от того, что она, опираясь одной рукой на подлокотник и нависая надо мной, жадно допивает мой тоник.
