Не одна…
Ощущение, как сжимают мою кисть… и трепет какой-то…
И пытаюсь и так и эдак представить Хана в театре. Это сложно. Но допустим.
И опять сомнения обуревают меня.
Но какой в них смысл?
А может это бродящие в моей крови эндорфины отупляют меня.
Не знаю.
Задумчиво прячу билеты.
Прихватив сумочку, прохожу мимо рабочих, поднимаюсь по ступенькам на улицу.
— Хорошего дня! — приветливо бросаю двум здоровым охранникам в костюмах.
Прохожу мимо них, впиваясь всеми органами чувств в громкую людную Москву. Кручу головой, заглядываясь на высотки, архитектуру… пытаюсь поймать ощущения дежавю.
И заглядевшись на что-то, едва не вылетаю под колеса несущегося на самокате парня.
Какая-то сила выдергивает меня в сторону.
— Спасибо… — шокированно разворачиваюсь на спасителя.
Охранники Хана!
— А-а-а… Вы все это время шли за мной?
Поправляю сарафан.
— Конечно.
— Мхм… Я просто хотела… погулять. Ну… Одна.
— Пожалуйста, — показывают мне жестом вперёд. — Считайте, что Вы одна.
Отлично…
Поджимаю скептически губы.
И дальше иду с сомнительным чувством, словно меня выгуливают как болонку.
Захожу на веранду кафе.
Заказываю себе чай…
И в каком-то детском порыве, ухожу внутрь, и извиняюще улыбаясь персоналу, через кухню выбегаю на задний двор.
По дворам сбегаю в какой-то скверик.
И довольная, словно нашкодивший ребенок, покупаю себе рожок мороженого.
Вдыхаю полной грудью, чувствуя запах зелени. Мимо фонтанчика иду по тропинке.
Скидываю вызов от Хана, отправляя стандартное сообщение, что сейчас не могу говорить.
Я позвоню Хану потом. Не нужно меня выгуливать.
Сквер заканчивается. Перехожу несколько улиц, попадая в ещё один маленький. Останавливаюсь возле уличного художника. Смотрю, как он рисует. На картине вид скверика.
Он бросает несколько косых взглядов на меня.
— Можно, я нарисую Вас, здесь.
— Можно, — пожимаю плечами.
— А Вы можете пройтись?
Иду по дорожке, и улыбаясь, кручусь, позволяя юбке взлететь до колен. Убираю пряди с лица.
Потом опять смотрю на картину.
Там в несколько штрихов мой силуэт. Он уплотняется и обретает все более похожие черты.
Попрощавшись с ним, иду дальше.
Возле станции метро, уличный продавец предлагает мне светящийся гирляндами прозрачный шар на палочке. В его руке осталось два.
— Девушка, купите шарик.
— Девушка не хочет шарик, — неожиданно между нами встаёт Назар.
— Девушка ещё как хочет! — недовольно хмурюсь я.
— Окей, давай сюда, — в обмен на купюру забирает шарики.
Вручает мне.
