Что это за клуб, если в пяти метрах от входа девочек по асфальту размазывают? Где охрана? Где сука, хваленые секьюрити?
С Олей на руках захожу в клуб и толпа как по мановению чертовой волшебной палочки расступается, пропуская меня.
По высокой фигуре Амосова я нахожу их столик. Он со злобной мордой нависает над глазастой девчонкой, вытаскивает ее из-за стола. Вторая же что-то ему говорит и активно машет головой. А когда поворачивается в нашу строну…
— О господи! — вскакивает и кидается к нам, — Ляль, Лялька, что произошло? Ляля, я щас дядь Валере…
— Не надо, — слабо отвечает Оля.
— Не звони папе, Света. — Не открывая глаз слабо проговаривает Оля. — И крестному не звони.
— Где ее вещи?
— Вот ее сумка, сейчас шубу принесу, — вместо Оли отвечает та самая говорливая, видимо ее подруга.
Я не могу понять состояние Оли. На столе виски и вино. Много закуски. Обе бутылки едва початые. Два фужера с недопитым красным вином. А вот шоты стоят там где сидела подруга и дама, с которой Амосов сейчас разговаривает.
— Еще цветы и вот, — показывате мне пакеты, — Подарки.
— Потом заберу, — отвечаю сам не сразу понимая, что сказал. — Такси вызови пожалуйста. — Сейчас в травму.
— Ннне ннадо… он не успел, неет, фсе ццело…— слабо отзывается моя ноша, протестуя качает головой.
Называю таксисту адрес своей квартиры.
Одну я ее не оставлю. В таком непонятном состоянии.
Оля как котенок прижимается к моему боку. Всхлипывает время от времени всю дорогу. Прячет озабшие руки в шубе. Мягко забираю ладони в свои и грею
— Я сама, — слабо сопротивляется уже у подъезда.
Но, я не слушая, вновь поднимаю ее на руки и спускаю только возле входной двери своей квартиры. Осторожно прислонив к стене пока отмыкаю дверь.
Ляля.
Меня будит боль. Голова раскалывается сильно. Я хочу пить и в туалет. Но молотки так агрессивно атакуют мой череп, что разлепить глаза я решаюсь не сразу.
В полумраке щурясь медленно вожу глазами по темно-серым незнакомым стенам и белому потолку. Прикрываю глаза силясь понять где я и что со мной.
Но мир кружится, не давая мыслям шанс.
Шевелю руками. Я укрыта одеялом по подбородок. Шевелю пальчиками на ногах. Чуть приподнимаю одеяло и обнаруживаю, что на мне белоснежная футболка с эмблемой в виде большой буквы м.
Где я черт возьми?
У Светки стены в комнате сиреневые.
Я пытаюсь вспомнить события вечера седьмого марта, но в памяти провал. Только смутные образы. Размытые лица и обрывки фраз.
Я помню как попросила Олесю выйти на улицу на пару минут.
