И… облокотившись на руки, опускаю голову и снова плачу, не сумев сдержать эмоции наедине с собой.
На плечи ложатся теплые большие ладони. Меня отрывают от раковины и…
— Все хорошо, — шепчет Илья, обхватывая меня за талию и в себя вжимая, — Успокаивайся. Кто самая сильная девочка? Ты. Кто самая стойкая? Ты. И я с тобою, рядом. Что скажет мне твой отец, узнав как ты этаж слезами топила? Я тебя по лужице соленой нашел. Тянется дорожкой через весь коридор. — в его голосе тепло, в его сильных руках тепло. Он греет меня нежностью и заботой.
Так как умеет, так как может.
— Сколько ждать, Ильюш? — Заикаясь.
— Сколько нужно. Если еще работают, значит все хорошо. Ляль, у него сложные сочетанные травмы. Гуляев такую бригаду собрал. Успокаивайся, маленькая. — целует меня в макушку.
— Ты пришел… — вновь всхлипываю, обмякая в сильных руках.
— Конечно пришел, разрулил на приеме все и в отделении и сразу сюда. Как я тебя оставлю, Ляль? — ладонями мое лицо поднимает, смотрит нежно на меня и стирает слезы. — Ну не плачь.
Не могу смотреть на девичьи слезы.
— Раздражаю? — обиженно и разочарованно.
— Нет. Твои слезы меня не раздражают. Ситуация безысходности и невозможность помочь там, — имеет в виду операционную, — выкручивает мне руки.
— Илья… я не сказала тебе спасибо…
— За что? — приподнимает брови в непонимании.
— За то, что ты есть и что… ты рядом. И за папу.
Вновь начинаю реветь, вцепившись пальцами в его рубашку на спине.
— Не оставляй меня…
— Не оставлю Ляль. Не оставлю…
Глава 56. С тобой.
Ляля.
— Я к нему хочу, когда меня пустят? — заламываю руки в нетерпении и желании увидеть отца после шестичасовой операции.
— Он спит пока что, ты же понимаешь. Как только разрешит Гор мы сразу же к нему зайдем, Ляль, — Илья успокаивает меня. — Уже поздно, давай я тебя домой отвезу.
— Нет, я не могу, как я папу тут одного оставлю? Нет. — Решительно отметаю идею.
— Ляль, ты устала, посмотри на свою тетушку, она тоже очень устала. — Поворачиваю голову в сторону Агаты.
Она сидит на скамейке с опущенной головой.
Никогда не показывает своих настоящих эмоций и не любит чтобы ее слезы были на виду. А сейчас она с платком в руках…
— Собирайся, я вас отвезу. — Безапелляционно заявляет Илья, — Я за твоим пальто.
— Агат, Илья нас домой отвезет, — подхожу, касаюсь ее плеча, она поднимает на меня покрасневшие глаза, уставшие, отмечаю. Всегда такая сильная, сегодня тоже сдулась.
— Я позвонила Паше, он за мной сейчас заедет.
Впервые слышу имя его ухажера.
