В комнате царит напряженная тишина, которая словно покачивается на краю обрыва.
И падает в пропасть.
– Что? – рявкает Молли, тыча пальцем в Кристину. – Я победила ее! Я победила ее за считаные минуты, и она стоит выше меня?
– Ага. – Кристина скрещивает руки на груди и самодовольно улыбается. – И?
– Если ты намерена обеспечить себе высокий ранг, советую не заводить привычку проигрывать противникам с низким рангом. – Голос Четыре прорезает шепотки и ворчание неофитов.
Он кладет мел в карман и проходит мимо, не глядя на меня.
Его слова уязвляют, напоминая, что я – тот самый противник с низким рангом.
Очевидно, Молли тоже об этом вспоминает.
– Ты. – Она, щурясь, пристально глядит на меня. – Ты за это ответишь."
"Я думала, она бросится на меня или ударит, но она только поворачивается на каблуках и вылетает из спальни, что хуже. Если бы она взорвалась, ее ярость иссякла бы быстро, после одного-двух ударов. Уход означает, что она намерена обдумать план мести.
Уход означает, что я должна быть начеку.
Питер промолчал, когда вывесили ранги. Поразительно, учитывая его склонность жаловаться, если что-нибудь не по нему. Он просто идет к своей кровати и садится, расшнуровывая ботинки. От этого мое беспокойство лишь усиливается. Он не может быть удовлетворен вторым местом. Только не Питер.
Уилл и Кристина «дают пять» друг другу, после чего Уилл хлопает меня по спине ладонью, которая больше моей лопатки.
– Вы только посмотрите! Номер шесть, – усмехается он.
– И все же этого может не хватить, – напоминаю я.
– Этого хватит, не волнуйся, – отвечает он. – Надо отметить.
– Ну так идем. – Кристина хватает за руки меня и Ала. – Идем, Ал. Ты же не знаешь, как справились прирожденные лихачи. Ты ничего досконально не знаешь.
– Я лучше лягу, – бормочет он, выдергивая руку.
В коридоре легко забыть об Але, мести Молли и подозрительном спокойствии Питера и притвориться, будто преград между нами не существует.
Но в глубине души я помню, что Кристина и Уилл – мои соперники. Если я хочу пробиться в первую десятку, я должна их победить.
Я лишь надеюсь, что не придется предавать их.
Той ночью мне не удается заснуть. Раньше мне казалось, что в спальне очень шумно от чужого дыхания, но сейчас в ней слишком тихо. В тишине я думаю о своей семье. Слава богу, в лагере Лихости обычно шумно.
