На что там жаловалась Мейвис? Вы сказали, что она лгунья и всегда готова вонзить другу в спину кинжал?!
– Нет, это говорила она. Я просто назвала ее лгуньей в присутствии Джейн и Эдит, наших общих подруг. Слишком долго она провоцировала меня, вот я и вспылила. Но дальше это не пошло. Я знала, что Джейн и Эдит никому ничего не скажут. Они любят Мейвис.
– Но не вас?
Офелия отвела глаза.
– Я знаю, что вы подслушали мой второй разговор с Мейвис. Нет, Джейн и Эдит никогда не были истинными подругами, хотя всячески пресмыкались передо мной.
– И это вас волнует?
– Вот уж нет. Я вовсе не добиваюсь любви окружающих. Наоборот, делаю все, чтобы меня терпеть не могли.
На его взгляд, заявление было столь бессмысленным, что он на несколько секунд потерял дар речи. И конечно, не поверил ни одному слову. Но почему она вообще сказала нечто подобное? Пытается оправдаться?
– Никто не лезет вон из кожи, чтобы заслужить всеобщую нелюбовь, тем более намеренно. Это противоречит людской природе.
Офелия просто пожала плечами:
– Ну… если вы так говорите…
Она даже не собирается оспаривать сказанное? Окончательно раздраженный ее видимым безразличием, Рейфел не сдержался:
– В таком случае по каким же причинам вы намеренно отталкиваете от себя подруг?
– Чтобы не гадать, искренни ли они со мной, особенно когда слышу фальшь в каждом слове.
– Значит, вы никому не доверяете? Именно это хотите сказать?
– Совершенно верно.
– Полагаю, я тоже вхожу в число тех, кому доверять не следует?
Честно говоря, Рейфел надеялся, что она уверит его в обратном.
Но почему? Он и сам этого не понимал.
– Разумеется. Вы тоже лгали мне, как и другие.
– Черта с два! – вознегодовал он. – Я был абсолютно честен…
Офелия презрительно фыркнула.
– Но ведь это вы утверждали, что везете меня в Лондон. Во всяком случае, из ваших слов можно было заключить именно это. По-вашему, это не ложь?
Рейфел залился краской. Что поделать, виновен…
– Но у меня есть вполне веское оправдание. Я хотел избежать ваших истерик и благополучно сюда добраться.
"
"– Понятно. Вы добивались одного: чтобы я не смогла найти помощь, пока мы не окажемся в этой глуши. Или это тоже было сделано для моего блага? Впрочем, одно исключение или дюжина – какая разница? Мне нечего добавить.
На этот раз щеки Рейфела побагровели.
– Простите, что ввел вас в заблуждение ради собственного удобства. Но не стану извиняться за желание помочь вам.
– О, можете не просить прощения за ложь.
