– Но я думала, что ты ее любишь! Ты так восторгался «новой» Офелией! Я тоже встретилась с ней и была вынуждена согласиться с тобой. Она не просто изменилась, передо мной стоял совершенно другой человек.
– Ложь! Женщины, которую я любил, не существует. Все подделка.
Аманда подняла брови.
– Ты в этом уверен? Вспомни, мы говорим о женщине, узнавшей о позорном пари. Той самой, которая воспылала жаждой крови. Ты только что назвал ее великолепной актрисой? Может, именно эта женщина и есть подделка?
Глава 43
– Ты ничего не понимаешь, Шерман, – вздохнула Мэри.
– Она даже и уснула в слезах. Поверь, она ничуть не рада такому повороту событий.
– А я, по-твоему, рад?!
Супруги сидели в столовой, делая вид, будто завтракают, хотя еда на тарелках оставалась нетронутой. Мэри еще прошлой ночью рассказала мужу о поспешной свадьбе, по крайней мере попыталась прояснить то немногое, что поняла, и оказалась права в своем предсказании. Муж пришел в бешенство, и даже утром его настроение оставалось самым мрачным. Обычно она старалась не обращать внимания на его упреки, но в этом случае была расстроена не меньше его, хотя по иным причинам.
– У нее могла быть самая роскошная свадьба века, – продолжал Шерман. – Даже члены королевской семьи могли бы посетить свадьбу герцогского наследника. Неужели ты не сознаешь всех потерянных возможностей?!
– Хотя бы раз в жизни подумай о дочери, а не о своих проклятых возможностях!
Мэри крайне редко кричала на мужа. В отличие от дочери она не была подвержена припадкам вспыльчивости.
Не в ее натуре было терять терпение или поддаваться гневу. Но в тех редких случаях, когда это случалось, Шерман немедленно сдавался. Вот и сейчас он устало обмяк на стуле, словно из него мгновенно улетучилась вся энергия, и настороженно оглядел жену.
– Повези ее по магазинам, – промямлил он. – Лучшее средство осчастливить женщину.
– Это жестоко, Шерман. Жестоко и бездушно."
"Муж залился краской:
– Зато действенно, не находишь?
– Да, если речь идет о мелких неприятностях, но это несчастье вряд ли можно назвать мелким.
И всю эту неделю она непрерывно плачет. Если хочешь знать, последние несколько дней она не выходила из своей комнаты не потому, что болела. Просто услышала что-то, выбившее бедняжку из колеи.
– Что именно?
– Понятия не имею. Она не сочла нужным поделиться со мной. Пыталась притвориться, будто ничего не произошло. Но я никогда не видела ее в таком гневе и отчаянии… разве только когда ты обручил ее с Мактавишем.
Шерман снова побагровел.
