– Мы всего лишь приехали купить кое-какие вещи, которые мои дамы не смогли найти дома.
Хилари Ламберт просияла, услышав, что она тоже входит в число «дам» Дункана, но разговора с Мэри не прервала. Подружки никогда не упускали случая вспомнить о том, как они росли вместе.
– Поздравляю с великим событием, – продолжала Офелия. – Я очень счастлива за вас обоих.
– Будь я проклят, – недоверчиво пробормотал Дункан. – Похоже, вы не притворяетесь…
На вопрос это не походило, но она все же ответила:
– Мы с вами прекрасно поладили бы, не будь вынуждены познакомиться друг с другом стараниями наших родных, но у меня нет ни малейшего сомнения в том, что Сабрина будет вам лучшей женой, чем я.
Она куда больше вам подходит.
Дункан ошеломленно уставился на Рейфа:
– Я сдаюсь, парень. Больше я не нуждаюсь в доказательствах того, что с ней произошло чудо. Офелия действительно изменилась, причем разительно! Это единственное пари, которое я был рад проиграть.
Офелия нахмурилась, но не сразу поняла, что имеет в виду бывший жених.
Пока не увидела, как поежился Рейф.
– Это всего лишь комплимент твоим успехам, Офелия, – поспешно заверил он.
Но она словно не услышала.
– Пари? О каком пари идет речь? Вы протащили меня через ад ради проклятого пари?!
– Все было не так, как ты думаешь.
– Не так?
– Именно, – заверил Рейф. – Я знал, что ты способна измениться, как все остальные смертные. Пари было всего лишь моей реакцией на скептицизм Дункана."
"Теперь уже Дункан мучительно сморщился, и Офелия это заметила.
Сабрина выглядела пристыженной. За своего жениха? Или потому что Офелия слишком громко говорит и может привлечь нежелательное внимание? Люди уже стали оборачиваться. Мэри и Хилари прервали беседу и хором спросили, что случилось. Офелия не ответила: слишком живо представляла, как Рейф и Дункан смеялись над ней, когда заключали пари. Забавлялись на ее счет! Значит, все, что она себе вообразила, все, что сказал ей Рейф, – это ложь?
Она пристально уставилась на Рейфа потрясенным и одновременно убийственным взглядом.
– Значит, все это вы делали ради моего счастья? Оказывается, все дело в деньгах… которые вы ставили на меня. Боже, какой же вы подлый лжец!
– Фелия, даю слово. Я…
Но Офелия уже выбегала из комнаты. Мать поспешила за ней.
– Что случилось? – спросила запыхавшаяся Мэри, пытаясь догнать дочь.
Они даже не взяли свои плащи, и Офелия, не дожидаясь, пока подадут их экипаж, выскочила на улицу.
