– А почему вы не отправились к ним в первую очередь?
Эви нахмурилась:
– Хантам было бы сложно помешать моим родственникам вернуть меня домой. Гораздо безопаснее выйти замуж, чем гостить у друзей. – От выпитого вина голова у нее приятно кружилась, и она глубже погрузилась в мягкие подушки.
Подавшись вперед, Сент-Винсент потянулся к ее ботинкам.
– Без обуви вам будет удобнее, – сказал он. – Только, ради Бога, не дергайтесь. Я не собираюсь набрасываться на вас в карете. – Развязав шнурки, он продолжил вкрадчивым тоном: – Даже будь у меня подобное желание, едва ли стоит торопить события, учитывя, что мы скоро поженимся.
– Он ухмыльнулся, когда она отдернула обтянутую чулком ступню, и потянулся к другой ноге.
Позволив ему снять второй ботинок, Эви заставила себя расслабиться, хотя от прикосновения его пальцев по ее телу пробегали горячие волны.
– Почему бы вам не расслабить корсет? – предложил он. – Это сделает путешествие более приятным.
– Я не ношу к-кopceт, – отозвалась Эви, избегая его взгляда.
– Неужели? Боже! – Он скользнул опытным взглядом по ее талии. – У вас прелестные формы.
– Я предпочла бы не обсуждать эту тему.
– Прошу прощения... Я привык обращаться с благородными дамами как с особами легкого поведения и наоборот.
– И это сходит вам с рук? – скептически поинтересовалась она.
– О да, – ответил он с таким самодовольством, что она не могла не улыбнуться.
– Вы уж-жасный человек."
"– Не стану отрицать. Но, как показывает практика, скверные люди обычно заканчивают намного лучше, чем они того заслуживают.
В то время как хорошие, вроде вас... – Он сделал жест в сторону Эви, словно ее положение служило подтверждением его мысли.
– Возможно, я не настолько хороша, как вам кажется.
– Надеюсь, что так. – Сент-Винсент задумчиво прищурился, прикрыв глаза ресницами, которые Эви нашла неприлично длинными для мужчины. Несмотря на высокий рост и широкие плечи, в нем было что-то кошачье... Он напоминал тигра, ленивого, но смертельно опасного. – Чем болен ваш отец? – вдруг спросил он.
– До меня доходили кое-какие слухи, но ничего определенного.
– У него туберкулез, – тихо ответила Эви. – Диагноз поставили полгода назад, и с тех пор мы не виделись. Раньше Мейбрики позволяли мне навещать его в клубе, так как не находили в этом особого вреда. Но в прошлом году тетя Флоренс решила, что общение с отцом не способствует удачному замужеству, и запретила мне встречаться с ним. Они хотят, чтобы я делала вид, будто его не существует.
