— Расскажи лучше, как у тебя дела на любовном фронте, — цепляю на лицо натянутую улыбку и готовлюсь слушать.
Истории Динки занимают у нас весь обеденный перерыв. Подруга находится в вечном поиске идеального партнера. Сколько раз она ошибалась и наступала на одни и те же грабли, страшно только представить, но всё равно Динка не теряет веру в то, что однажды встретит своего единственного. В этот раз речь идёт о Вове. Он известный в нашем городе художник, и рядом с ним подруга чувствует себя настоящей женщиной.
Я радуюсь за неё и под незатейливую болтовню отвлекаюсь от своих проблем.
Подруга провожает меня до метро и спешно целует в щёку. За опоздания и прогулы шеф вычитывает у неё значительную часть дохода. Когда я скрываюсь в подземке, а Динка убегает в сторону офиса, на душе вновь становится пусто и одиноко. Оказавшись в переполненном вагоне метро, я мечтаю поскорее добраться домой. Заняться готовкой ватрушек вместе с Лизкой, а потом забраться под теплый плед и вместе смотреть мультики.
Выхожу на нужной мне остановке и почти бегом направляюсь в сторону дома. Там моя дочь — моё персональное спасение от душевной боли.
Оказавшись во дворе, немного сбавляю темп. Шагаю по тротуару, поднимаю взгляд на девятый этаж. Осталось совсем немного, и я излечусь.
Резкий скрежет шин за моей спиной заставляет вздрогнуть. Я продолжаю идти и не оборачиваюсь, несмотря на то, что сердце колотится, словно заведенное, а интуиция умоляет повернуться назад.
Слышу несколько коротких сигналов клаксона, но всё равно не останавливаюсь.
А затем негромкую ругань, звук закрываемой дверцы и громкий голос Багримова.
— Яна! Подожди.
Сердце делает резкий кувырок в грудной клетке, когда я понимаю, что мне не померещилось — автомобиль за спиной ехал чётко за мной. И сигналил именно мне.
Я поворачиваю голову назад и только подтверждаю свои догадки. Внедорожник Багримова останавливается в пяти метрах от меня, а он сам выходит из машины и направляется в мою сторону. Вот только зачем? Зачем бередить мои раны? Зачем тревожить душу? Я только начала приходить в себя.
Начала свыкаться с мыслью, что всё именно, так как должно было быть.
— Добрый день, Яна, — здоровается Багримов.
Лицо серьезное и хмурое, без тени улыбки. Впрочем, это нормальное его состояние.
Мне тут же хочется сбежать от него и скрыться, но я всё равно стою.
— Здравствуйте, Тимур, — отвечаю, как можно спокойнее. — У Вас что-то срочное? Меня дочь дома ждёт.
