Продолжилась оживленная беседа и за ужином. Гаэль сидела между дамой-архитектором, деловым партнером Андре, с которой они встречались в музее, и скрипачом, другом Женевьевы, которая преподавала в консерватории. Напротив сидел мужчина, которого Андре представил как Кристофера Паскуа, композитора, который писал музыку для кино и телевидения. Он оказался замечательным собеседником и вскоре вовлек Гаэль в их общий разговор.
До возвращения во Францию Гаэль и не подозревала, как соскучилась по таким вот разговорам за ужином, в кругу друзей, интеллектуальным дискуссиям и политическим спорам.
Люди часами не выходили из-за стола — только бы поговорить.
Угощение оказалось выше всех похвал. Женевьева подала восхитительный пастуший пирог и утку конфи, а перед этим салат с крабами.
— Как это вас уговорили заняться грандиозным проектом Андре? — с интересом спросил Гаэль Кристофер.
— Она большой знаток истории искусства и к тому же обладает добрым сердцем, — ответил за нее Андре, и Гаэль рассмеялась:
— Меня буквально захватила эта идея.
В прошлом году мне посчастливилось посетить музей Ниссим де Камондо, и я была растрогана до глубины души. Такие маленькие частные музеи необходимы, чтобы люди не черствели, чтобы помнили.
Разговор зашел на другие темы, и Кристофер поинтересовался, откуда у француженки такая странная фамилия — Бартлет, и Гаэль пояснила, что была замужем за американцем.
— И вы, как женщина разумная, развелись с ним и вернулись?
Гаэль не поддержала шутку и вежливо возразила:
— Нет, я вдова.
"
"Кристофер, сконфузившись, уставился на нее и признался, что совершенно не умеет вести себя в обществе, поэтому никто, кроме Андре, его не приглашает в гости. Они вместе учились, так что Андре хорошо его знает и всегда прощает. Кроме того, он вечно обо всем забывает.
Гаэль от души рассмеялась: было ясно, что он несколько утрирует, описывая свои недостатки, — и невольно им залюбовалась: ярко-синие глаза, светлые волосы, высок и строен, лет сорока с небольшим.
Чтобы как-то сгладить неловкость, она спросила, есть ли у него дети. Кристофер покачал головой и, вздохнув, спокойно констатировал:
— Откуда? Я и женат-то никогда не был. Никому я не нужен.
— Что верно, то верно, — подтвердил Андре. — Он трудоголик, ему некогда: вместо женщин у него ноты.
— Ну не надо утрировать, — парировал Кристофер. — Я ведь еще не вышел в тираж.
Беседа текла легко и свободно, и он поинтересовался, чем Гаэль занималась раньше.
