Чиф выскочил из комнаты, и никем не замеченный, как ни в чем не бывало спустился вниз и присоединился к толпе зевак, начавших окружать труп голой девушки. Немного потоптавшись, он убедился, что она мертва, и спокойно пошел своей дорогой.
Опера валились с ног от усталости. Было опрошено огромное количество народа. Общественность тоже стояла «на ушах». В итоге Юрьева вызвал к себе мэр города. Мэр находился в подавленном состоянии. Он предложил Вадиму сесть, и устало спросил:
— Я чем-нибудь могу помочь? Может, бензин нужен? Или еще что? Говори, не стесняйся! Всё дам, что в моих силах.
Я понимаю, что большое начальство только мешает работе, но я не могу оставаться безучастным. Ведь это мой город, и я не потерплю здесь бандитского произвола…
— Спасибо. У нас пока всего хватает, — Вадим чувствовал, что перед ним сидит человек, который в силу своего характера и общественного положения действительно был хозяином. Но в данном деле, в деле наведения порядка, «руками» хозяина все же оставался шестой отдел…
— Ну, так все же? — мэр вскинул брови.
— Об одном могу попросить, — Вадим мгновение помолчал. — Задача уголовного розыска — раскрывать преступления. Задача УБОПа — сделать жизнь бандитов невыносимой. Любыми средствами. Для меня хороший бандит — это тот бандит, который сидит в тюрьме или лежит на кладбище. Если они перестреляют друг друга — это только на пользу всему обществу…
— Я понял. Я сделаю все, чтобы вам никто не мешал. Поговорю с начальником ГОВД…
Вадим про себя усмехнулся: начальник ГОВД хоть и находился еще на своем посту, но близилось то время, когда к нему в кабинет войдут парни из УСБ…
Вечером Ивану позвонила Оля Уткина:
— Ваня, ты мне нужен…
— Как мужчина? — спросил Иван.
— Тебе все одно…
Через двадцать минут Иван встретил Уткину в безлюдной части города.
— Здорово, Оля! Когда у тебя суд?
— Здорово. Суд будет послезавтра…
— Ну, а я тебе, зачем нужен? — Иван сидел в машине и разговаривал с Олей через приоткрытое окно.
— Ты мне снова объясни, что мне говорить про начальника милиции полковника Саблина на моем суде…
Шилова пробил мелкий пот.
Он был опером, и ошибиться в предчувствии он не мог: Оля явно разводила его на базар, который она знала от и до. Это могло означать только одно: инструкции по поведению в суде хотел услышать кто-то еще…
Иван чуть было не потерял самообладания, но взял себя в руки. В висках мощными ударами билась кровь, руки мелко дрожали. Кто мог им заняться? Кто?
— Садись, — сказал он Уткиной.
