Мы были одной из первых мужских пар, вступивших в брак после легализации однополых браков в Нью-Гэмпшире.
– Какой же я идиот, – вздохнул я.
– Нет, Маркус, вы не идиот, вы друг, вы заботитесь о людях, которых любите. Знаете, Хелен часто говорила о вас.
– И что она говорила?
– Что вы хороший человек. Я и сам это вижу. Она была рада, что вы вошли в жизнь ее мужа. У Хелен были проблемы, Маркус. Я действительно пригласил ее поужинать, потому что тревожился за нее.
* * *19 апреля 2010 года
В семь часов вечера Мадс Бергсен запер дверь кабинета и, как всегда перед уходом, быстро обошел офис.
Поздоровался с уборщицами, приступавшими к работе, и направился к лифтам. Проходя мимо кабинета Хелен, он через застекленную дверь увидел ее: она сидела за рабочим столом и плакала. Он просунул голову в дверь:
– Хелен, что случилось?
Она утерла слезы:
– Ничего, Мадс. Прости, все хорошо.
– Не надо извиняться, я же вижу, что ты не в своей тарелке.
– Я не знала, что ты еще здесь.
– Тем лучше, – сказал Мадс, – ты можешь мне рассказать, что тебя мучает.
Она встала и взяла пальто:
– Не волнуйся. Мне надо бежать.
– Это куда?
Она остановилась перед Мадсом и вдруг разрыдалась, уткнувшись ему в плечо.
– Я совсем издергалась, Мадс, – прошептала она.
Он ободряюще приобнял ее:
– Я не могу тебя отпустить в таком состоянии. Пошли поужинаем, я приглашаю.
Они поели в итальянском ресторане в двух шагах от офиса. Хелен явно хотела выговориться, но была пока не готова. Мадс сперва решил, что у нее сложности с работой, и поднял этот вопрос, но Хелен заверила, что в этом плане все в полном порядке.
– Это из-за Перри, – в конце концов вырвалось у нее.
– Что с ним случилось?
– Он об этом еще не знает.
* * *"
"– Он об этом еще не знает? – переспросил я, когда Мадс Бергсен рассказал про эту сцену.
– Это ее слова, – подтвердил тот. – Больше она ничего не сказала. Я так и не понял, что она имела в виду. Зато в тот вечер попросила ее прикрыть, если Перри явится в офис и спросит меня, когда кончается ее рабочий день.
Но он не приходил.
– Перри думал, что у нее есть любовник. И что это вы.
– Это в любом случае был не я, как вы понимаете. Но сомневаюсь, что у Хелен был роман. Она тревожилась из-за Перри. По крайней мере, так я тогда понял. После того ужина мы больше на эту тему не говорили.
– Она не упоминала некое письмо? – спросил я.
– Письмо? Нет, а что?
– Ничего. Вы мне не позволите взглянуть на ее кабинет?
В кабинете Хелен все осталось на своих местах.
