Поражаюсь, почему полиция не учла эту зацепку. Здесь мы имеем и мотив, и возможность – два ключевых момента, которые следователи выясняют в деле об убийстве.
Гэхаловуд никак не отреагировал, но я знал, что означает его взгляд: он был сбит с толку. Один – ноль в пользу Патрисии Уайдсмит.
– К сожалению, мою теорию невозможно проверить, поскольку Уолтер Кэрри мертв, – продолжала та. – Однако он признал вину, а значит, мы вправе считать, что он хотел утопить вместе с собой и Эрика. Не только из-за Аляски: Уолтер всю жизнь завидовал Эрику.
– Но ведь Эрик с Уолтером были друзьями?
– А вы никогда не завидовали друзьям, сержант? Эрик и Уолтер дружили с детства, вместе выросли в Маунт-Плезант. Какое-то время были неразлучны. Потом повзрослели, возникли первые горькие обиды. Эрик едет в хороший университет, а Уолтер влачит жалкое существование. Эрик живет в Салеме, у него хорошая работа, а Уолтер ютится над магазином родителей и работает у них. Мать его целыми днями донимает. Поспрашивайте в Маунт-Плезант, каким он был в то время, сами увидите.
Я знаю, о чем говорю, я видела их вместе.
– Эрика и Уолтера?
– Да, однажды в Салеме, в баре. Уолтер приехал повидаться с Эриком. Уже тогда их дружба стала ослабевать. Но Эрик в память о детских годах всегда давал Уолтеру возможность провести уик-энд у него на диване. Не хочу сказать ничего дурного, но Уолтер был вахлак. Безуспешно искал себе подружку, вот так и познакомился с Аляской.
– А вы сами, когда жили в Салеме, не были с ней знакомы?
– Нет, она была сильно младше.
В таком возрасте разница очень большая. Вы говорили с Эриком Донованом?"
"– Еще нет, – ответил Гэхаловуд.
– Можем вместе к нему съездить, если хотите, – предложила Патрисия.
– С удовольствием.
– Давайте завтра с утра, если вам удобно: я все равно еду в тюрьму на демонстрацию.
– На демонстрацию? – переспросил Гэхаловуд. – Какую демонстрацию?
– Каждый второй вторник месяца наша ассоциация “Свободу Эрику Доновану” собирается у ворот тюрьмы штата, где сидит Эрик.
Два года назад я предложила Лорен попробовать сделать это – и оно более или менее работает. Нам нужно привлечь на свою сторону общественное мнение, добиться внимания к делу, чтобы его пересмотрели. К сожалению, это классика судебных ошибок: без давления власти не делают ничего. Тот, вокруг кого будет больше шума, получит шанс выйти на свободу, остальные так и будут подыхать в тишине. Приезжайте, будет повод примкнуть к нашему делу.
