Смотрел на меня с улыбкой и еще с чем-то таким во взоре, отчего мои ноги начинали заплетаться, словно я враз разучилась ходить.
– Хотя, если честно, я бы занялся немного другими вещами, – добавил Нейтан и выразительно уставился на мои губы.
Я покачнулась, но все-таки выстояла. Подозреваю, раз уж меня не прикончили откровения Куратора на набережной, то я могла выдержать любое испытание.
Даже то, которое ждало меня впереди.
– Слушаю тебя внимательно, Кэрри! – наконец, произнес Нейтан, когда мы с ним углубились в Лабиринт, затерявшись в зеленых переходах.
Остановились – потому что я не могла говорить о таких вещах на ходу.
Неподалеку слышался шум фонтана – наверное, он был в самом центре Лабиринта; где-то звонко смеялась Джорджи, а чуть правее, за очередным поворотом, похоже, целовалась невидимая нашим глазам парочка.
– Нейтан… – нерешительно начала я, но запнулась.
Принялась подыскивать слова, а заодно боролась с очередным слезливым порывом.
– Ты сегодня совершенно очаровательна, – искренне отозвался он, потому что еще вчера мы с ним решили перейти на «ты», – но при этом выглядишь немного бледной и расстроенной.
Что случилось, Кэрри? Тебя опять донимает шантажист?
– Ах, если бы это был он! – пробормотала я.
Меня донимали признания Куратора и, самое главное, я сама.
Но ни о чем таком говорить Нейтану я не собиралась. Все мои дела должны стать для него неважными, потому что мне следовало от него дистанцироваться. Прекратить наше общение и донести до герцога Райота, что ему не стоит… смотреть на меня с тревогой и заботой в глазах, а еще с чем-то, от чего сладко замирало сердце.
Ведь мы с ним из разных миров.
Он – из мира магии, где есть королевство Аглор, а розы в саду баронессы пахнут восхитительно-сладко.
Я же из мира летающих самолетов и скоростных машин; из города Москвы 2082 года, а мои настоящие родители отправили меня сюда, решив, что это единственная возможность меня спасти.
Меня зовут Милана Данилова, и мои сородичи пытались захватить этот мир.
Мое сознание живет в чужом теле, и я чем-то так сильно отличаюсь от людей этого мира, что однажды меня вычислят не только зарги, но и они.
Ночные Охотники или же Особый Отдел.
Разве я могу, разве имею право быть рядом с этим мужчиной, который смотрит на меня с любовью и тревогой в глазах?
Он слишком хорош для меня, а я – чудовище из аномалии.
– Ты не должен так на меня глядеть! – не выдержав, заявила ему.
