— Дай сюда, — Данияр забирает у меня из рук телефон, кладет в специальную ячейку рядом с приборной панелью машины. — Потом ответишь. Напишешь, что все хорошо.
— Все плохо. Все плохо, Данияр. — Глухо отвечаю я, не глядя даже на него, — не будет уже хорошо…
— Тебе там… — он сбивается с голоса на хриплое рычание, делает паузу. Пальцы на руле сжимает добела. Все это отмечаю краем глаза, словно фильм на экране смотрю… — тебе что-то… сделали?
— Сделали… — отрешенно отвечаю я.
Данияр как-то резко дергает рулем, потом выравнивает машину.
— В больницу поехали, — говорит он, — посмотрят тебя, выпишут лечение. Все будет хорошо.
— Не будет… Не надо в больницу… Я хочу туда, где тихо. Пожалуйста, Данияр…
Он медлит пару секунд, потом все же продолжает движение. Мы едем в потоке, сворачиваем, еще раз… И останавливаемся у одного из новых жилых комплексов.
Данияр выходит, открывает мне дверь, помогает выйти.
В таком же молчании мы поднимаемся на лифте на четвертый этаж, заходим в квартиру. Однокомнатная, небольшого метража, со стандартной планировкой и дизайном.
— Проходи, — говорит Данияр. — Умыться хочешь? Душ? Хотя, нет… Давай врача сначала. Просто посмотрит, чтоб все в порядке было.
— Врача? — Удивляюсь я вяло. — Зачем?
— Ты… — он стискивает кулак, упирает его в стену. Я сажусь на диван, смотрю на него, стоящего на пороге комнаты. Напряженного, жесткого, хмурого. Сейчас он непривычен мне. Нет в нем той огненной ярости, что сбивала с ног, когда мы увиделись в первый раз. И встречались там, на нашей родине.
Нет бешеного, обволакивающего дурмана, сводящего с ума, пугающего. Передо мной — взрослый, серьезный, состоявшийся мужчина. Не безумный неандерталец с пустой головой и огнем в глазах. Другой он сейчас. И смотрит по-другому. — Ты сказала, что… тебя… трогали…
Эти слова он выдавливает из себя. Через силу.
— Надо проверить, что все в порядке.
О-о-о… Это он о том, что я — порченная уже?
— Нет, — тихо отвечаю я, — меня не трогали, ты неправильно понял.
Данияр вскидывает на меня взгляд, делает шаг вперед… И неожиданно присаживается передо мной на корточки, оказываясь на одном уровне.
— Что-то кололи? — Глухо уточняет он. — Пила что-нибудь? Мадина, мне надо знать, чтоб понять, кого привозить…
— Нет, нет… — мотаю я головой, — я там и часу не пробыла… Ничего не пила, не ела…
— Я знаю, сколько ты там пробыла… — говорит Данияр, — я… Прости, я опоздал. Прости меня!
— Опоздал? — эхом повторяю я, глядя в его такое близкое сейчас лицо. Ссадина на скуле.
