У нас дома не запрещали носить джинсы, слушать музыку или встречаться с друзьями на концертах.
Я спокойно могла загорать на пляже, в слитном закрытом купальнике, конечно, но без нареканий."
"И ходить в кафе с подружками, главное, не задерживаться надолго.
И вообще… Свободной себя чувствовала.
А тут… Тут все совсем иначе. Даже в универе. Особенно в универе.
Многие девочки здесь носят платки каждый день. Скромно одеты, не красятся почти. Взгляды — внимательные, изучающие. Парни стараются не садиться рядом, а если садятся — будто извиняются за это.
И не то чтобы мне это мешало. Просто я всё время чувствую, будто не туда попала. Будто действую немного не по инструкции.
— Ты опять задумалась, — Алина говорит мягко, с улыбкой. Она уже привыкла к моим внутренним отключениям. — Не переживай. Тут всё скоро станет привычным.
— Ага. Как мозоли от новых ботинок, — бормочу в ответ, но улыбаюсь.
Она правда хорошая. Мы быстро нашли общий язык — возможно, потому что Алина не смотрит на меня как на инопланетянку.
Она просто принимает. Без лишних вопросов. Или потому что у неё в глазах постоянное спокойствие. Как у человека, который уже понял, чего хочет от жизни.
Мы поднимаемся к нужной аудитории. Поток студентов расходится, кто куда. В группе меня уже запомнили и, пожалуй, приняли. Не то чтобы с восторгом, но и без враждебности. Просто как факт: Мадина. Перевелась из Москвы.
Отец настоял, чтобы я продолжила учиться. Пусть и не в таком престижном месте, зато рядом с семьёй. В случае чего — могу помочь.
А может, наоборот: родители смогут подхватить меня, если я совсем растеряюсь.
Хотя... теряться я не привыкла. Я — из тех, кто сначала идёт, а потом уже смотрит, куда.
Мы заходим в аудиторию — просторную, с высокими потолками и почти вытертым паркетом. Воздух пахнет чем-то сухим и немного затхлым, как в любой старой аудитории.
Студенты рассаживаются: кто ближе к выходу, кто у окна. Я, как обычно, выбираю середину — так можно и слышать, и остаться незаметной.
Алина садится рядом.
Достаёт тетрадь с идеально выведенными заголовками — у неё даже конспекты какие-то очень эстетичные. Я на её фоне чувствую себя машей-растеряшей, потому что уже три минуты ищу в рюкзаке ручку.
Преподаватель входит в аудиторию с ворохом бумаг, пара человек ещё заскакивают с запыхавшимися лицами, пока не хлопает дверь и не наступает то самое утреннее полубессознательное ожидание лекции.
Я почти залипаю — от жары, от недосыпа, от внутреннего беспокойства.
