Нет, я знаю про тебя все: и адрес, и новый телефон, и номер рейса, которым ты улетела. И даже новую почту. Но я не смею на нее писать.
Я искал тебя. И нашел. Это не составило мне труда. Теперь тот день кажется мне нереальным, он словно кошмарный сон. Я просто чертов трус и идиот. Когда ты спросила, люблю ли я тебя, я не мог ответить положительно. Осознание еще не пришло. Оно пришло позже, позднее, чем надо. До сих пор не могу сложить весь паззл того дня. Что-то не сходится. И даже сейчас, когда я почти смирился, где-то глубоко внутри мне кажется, что что-то не так.
Но это смахивает на паранойю. Иногда мне кажется, что я схожу с ума без тебя.
В тот день мне звонил Роберт, спрашивал, что между нами произошло. Не то, чтобы его это волновало, скорее, это его жена попросила. Я сказал ему правду, так, как есть. Сказал, что я полное ничтожество. Что отпустил тебя, потому что не смог выдавить из себя одно чертово люблю, которое сейчас я готов кричать на каждом углу. Только вот это уже никому не нужно.
И знаешь, что самое интересное и смешное? Во время разговора с Робертом я заметил подслушивающую меня Кристину. Эта сука так спокойно, не боясь, стояла за чуть приоткрытой дверью и слушала, как я выворачиваю душу перед другом. А мне казалось, что она не просто подслушала, а измазала грязью все мои чувства, одним лишь своим присутствием. Когда я положил трубку, она вальяжно, самоуверенно вошла в мой кабинет. Черт его знает, где была моя бдительная, серая мышка секретарша, и почему ее не оказалось на месте.
Я уволил ее после этого, не выясняя причин. Кристина что-то несла о том, что знает причины моей неудачи с тобой. О том, что я ее подсознательно люблю, и прочий бред, который я пропускал мимо ушей. Я просто смотрел на нее, думая о том, что в ней ничего не изменилось. И не понимал, как я мог когда-то любить. Раньше мне казалось, что вы чем-то похожи. А в тот день я понял, что ни черта вы не похожи. Она и в подметки тебе не годится. А когда эта тварь заявила, что любит меня и всегда любила, начала каяться, говоря о том, что была дурой, меня взял смех.
Я смеялся во весь голос долго, громко, не мог успокоиться, видя ее растерянный вид. Я и слова ей не сказал. Просто поднялся с кресла, медленно подошел к ней, и вышвырнул ее за волосы из своего офиса. И эта сучка в очередной раз показала свое истинное лицо, крича мне в спину, что я неадекватный, посылая проклятья, предрекая мне жизнь в одиночестве.
