— Так? — хрипло спросил он. — Или так? — добавил, грубо нажимая на чувствительное место и начиная интенсивно его тереть. — Что вас возбуждает больше? — Он ласкал ее, попеременно меняя темп, пока не ощутил, что Ева стала мокрой. Его средний палец скользнул к влагалищу, медленно вошел и вышел. Член стоял, дойдя до возбуждения на грани боли. Адаму мучительно хотелось потереться им о ягодицы Евы, а ещё лучше — развернуть ее к себе лицом и трахнуть в рот. В тот самый рот, который говорил, что ему нужен для этого контракт.
Черта с два!
Он добавил к первому пальцу второй, сменив дразнящие, неторопливые движения на резкие и порывистые. Входил в нее до упора раз за разом и все сильнее чувствовал, как внутри разгорается пожар от обжигающего ощущения влаги, текущей по его руке.
Он мог бы взять ее прямо сейчас. Для этого достаточно было просто расстегнуть брюки и вставить член на всю глубину туда, где сейчас были его пальцы. Но Адам не собирался терять контроль над собой до такой степени, что у его чертовой секретарши появился бы повод воображать, будто она имеет над ним власть.
Достаточно и того, что он трахает ее сейчас рукой в нелепом порыве доказать, что может сделать это и бесплатно. И все это из-за того, что буквально зверел от мысли, что кто-то — нет, не кто-то, а именно Ева — готов отдаваться ему только за деньги, по заранее и подробно оговорённым условиям. Ощущая, как закипает от этих мыслей кровь в венах, он ускорил свои движения, вбиваясь на всю длину. Его губы дрогнули, расползаясь в кривой усмешке, когда Ева, не сдержавшись, начала стонать.
Он потер большим пальцем ее клитор и прерывисто выдохнул, когда она напряглась и кончила.
Адам перевел дыхание и, намотав светлые пряди на кулак, притянул лицо Евы к своему.
— Вы правда считаете, что я стану вносить в контракт пункт о сексе ради того, чтобы вас трахнуть? — спросил он, но прежде, чем она смогла бы что-то ответить, захватил зубами ее нижнюю губу, прикусил и медленно потянул. Отпустив, поласкал языком место укуса и жадно впился в губы долгим влажным поцелуем.
А затем, сделав над собой нечеловеческое усилие, отстранился. Член бешено пульсировал, и Адам едва сдерживался, чтобы не кончить в штаны, как какой-нибудь неопытный мальчишка, от одной только близости женщины. Он нашел в себе силы дойти до выхода в зал и перед тем, как покинуть нишу, обернулся к Еве.
— Вы можете вписать в контракт все, что хотите. И трахаться с кем угодно — тоже.
