— Зайдемте, вы его возьмете… Почему у вас на подбородке и под ухом пластырь?
— У меня… словом разногласия, и… я лучше потом расскажу… Здесь не хотелось бы… Глупая история…
— Хорошо. Вам не нужно перед уходом предупредить начальство?
— Я скажу заведующему. — Стабулниек приоткрыл дверь в соседнюю комнату и сказал: — Извините, я должен уйти… Важное дело, очень важное. Возможно, что не скоро вернусь.
— Идите, идите, что с вами делать, — буркнул полный мужчина.
Следователь со Стабулниеком медленно шли по направлению к центру.
— Расскажите, как дошло дело до пластыря на лице?
— Видите ли, муж Бригиты Леи… Это же человек, абсолютно не дающий себе отчета в своих поступках, абсолютно… Одним словом, он напал на меня.
— Когда?
— Вчера вечером.
— Где?
— В доме, принадлежащем Леям, на Длинной улице.
— Почему?
— Ах, даже не знаю, с чего начать, это длинная, сложная история…
— Рассказывайте, у нас времени достаточно.
— Сейчас, пожалуйста, только почему… прокуратура… Что случилось?
Берт ответил холодно:
— Пока что вопросы задаю я.
Что произошло вчера?
— Вчера, когда я зашел в дом Лея…
— С какой целью?
— Видите ли, Бригита Лея и я… Словом, это для вас, наверно, не тайна… За любовь пока еще не предусмотрено наказания…
— Итак, вы направились к Бригите Лее с любовными намерениями.
— Можно выразиться и так… Совсем неожиданно приехал ее муж… и… он…
— И?
— И… Словом, взбесился… Начал устраивать сцены, крайне безобразные сцены, совершенно невозможные, невообразимые… Он вел себя по–хамски или же как психопат, прошу прощения, я просто не могу назвать это иначе.
— Яснее!
— Он заявил мне, что… придушил Бригиту, по крайней мере, так он выразился. Он вообще выражался весьма грубо, грубо и непристойно. Говорил о Бригите и вообще о женщинах такие слова… что я не рискну их повторить… Если только вы этого прямо не потребуете.
— Я требую.
— Очевидно, виной тому низкий культурный уровень… Он называл свою жену потаскухой… Сказал, что таких надо бить смертным боем.
Мне крайне трудно передать эту варварскую сцену… Я никогда не представлял себе подобной дикости…
— Бригита Лея видела сцену?
— Нет, она вернулась домой позже, уже после того, как он напал на меня и избил… Он вел себя, как шизофреник, выражался нагло, грубо, бессвязно… Избил меня… Из ревности. Бесчеловечно…
— Иными словами, вы подрались с ревнивым мужем.
— Нет! Он напал на меня. Я не драчун.
