Потом он запер дом и, стоя с одножильным электропроводом в руках, огляделся. Ему нужен был камень. Взгляд его скользил вслед за лучом карманного фонарика по гранитным стенам дома, по фундаменту, но ничего пригодного он не заметил. «Найду по дороге», – решил он. Ему хотелось как можно скорее убраться отсюда.
«Волга» перенеслась через брод и закачалась на лесных ухабах.
Глава XVIII
К моему удивлению, я прибыл не последним – не хватает Саши. Вилманиса тоже не видно. Нет, Вилманис уже тут, стоит в стороне, разговаривает с одним из дружинников.
Шофер пустого служебного автобуса, подобравший меня по ту сторону Воздушного моста, притормозил и на прощанье поднял руку.
– До свидания, – говорю я и спрыгиваю в песок на обочину шоссе.
Наверно, изменилось направление ветра – стало намного холоднее, пронизывает сквозь шинель. Облака, черные и низкие, проносятся почти над верхушками сосен. Может быть, завтра наконец выпадет снег?
Контрольный пункт автоинспекции расположился почти сразу за пограничной чертой Риги.
На горке. Огни города, как желтые светлячки, рассыпались позади.
Отличная двусторонняя магистраль стрелой пронзила темный лес. Лишь вдали, в самом конце магистрали, виден свет фар какой–то автомашины.
«Жигули» добровольцев–дружинников сбились стайкой, рядом – желтая милицейская «Волга» с фонарем–маяком на крыше.
– Выйдите из машины, пожалуйста, – говорит инспектор водителю, сидящему за рулем. – Я хочу проверить рулевое управление.
– Разве в этом году ввели еще один техосмотр? – Водитель высовывается из «Жигулей» и недовольно обращается к Ивару, который при свете карманного фонарика проверяет документы.
– Машина всегда должна быть технически исправной! – строго – не слишком мягко и не чересчур жестко – говорит инспектор. Белая и величавая, как лебедь, машина, хромированные молдинги так и сверкают.
На водителе модная кожаная куртка, облегающие вельветовые брюки – как с витрины магазина. Роста среднего, осанка полна достоинства. Лицо продолговатое и было бы приятным, если бы не рот, с прямыми, как от разреза ножом, губами.
Ни дать ни взять – щеголь высшей пробы, если бы не большие красные руки со следами заживших и совсем свежих ссадин и с въевшимся в поры грязным машинным маслом.
У меня нет сомнений, что это Винарт Кирмуж: с другим Ивар не стал бы разговаривать.
– Вы, наверно, знаете майора Будулиса, – как бы между прочим бросает Винарт, и Ивар, все еще рассматривая документы, кивает. – Наши гаражи в одном кооперативе.
