Он добился от Магоне признания в ее грехопадении. Тогда–то он и узнал, кто был его соперником. Довольно перспективный велогонщик – красивый, хорошо сложенный парень, года на два старше Винарта. Увидев его, ревнивец понял – на успех в открытой борьбе рассчитывать нечего. И начал вынашивать тайные планы мести. Они были нереальны, поэтому пришлось отбросить их один за другим: выстрел из пневматического ружья в лицо, когда гонщик на огромной скорости несется по треку; удар бортом грузовика, когда юноша возвращается с тренировки домой.
Его не волновало, что парень может погибнуть или стать инвалидом: он нашел моральное оправдание своей мести – спортсмен подло воспользовался детской доверчивостью Магоне. Это была правда: роман длился всего одну ночь. Но причина его желания отомстить крылась совсем в другом. Винарт подозревал, что велогонщик все еще нравился Магоне – они жили по соседству, – и стоит ему лишь поманить пальцем, она побежит за ним."
"– Как ты собираешься отомстить адвокату? – спрашивал Саня. Он лежал в почти разобранной кабине грузовика, высунув ноги наружу.
В изголовье он положил сиденье из микроавтобуса, который в соседнем помещении гаража ожидал своей очереди на ремонт. – Мститель! Написаешь ночью на коврик под дверью адвокатской квартиры!
– Оболью его машину серной кислотой! Или придумаю что–нибудь еще лучше… Во всяком случае, сделаю его пешеходом! Это для начала… Капот открыть – ерунда, потом можно ослабить винтик–другой, глядишь, и свернет себе шею!
– А ты все же сволочь, и гораздо большая, чем я думал! Ты начинаешь мне нравиться! Будешь держаться со мной – разбогатеешь!
Была весна, но в исправительно–трудовой колонии о ней свидетельствовал лишь тонкий слой грязи во дворе да яркое солнце, хотя все утверждали, что в воздухе запахло весной, и старались находиться как можно больше вне помещений.
Начальник транспортного отдела колонии был расстроен: приближался очередной техосмотр машин. За это обстоятельство Саня должен был поблагодарить судьбу, ведь именно поэтому он, рецидивист, временно находился в колонии облегченного режима.
Еще в прошлую отсидку он доказал, что как автомеханик и мастер–практик гениален, к тому же имеет диплом техникума, закончил два курса института.
Только в одном ошибался начальник транспортного отдела – в том, что Саня работает. Он не только ничего не делал сам, но и Винарта заставлял тянуть резину. Саня не был заинтересован в том, чтобы закончить ремонт и снова перейти на черствые хлеба строгого режима.
