Я все время потела, как будто у меня началась менопауза или еще какая-нибудь женская гадость. А шея болела от того, что слишком часто приходилось спать, положив голову на чемоданчик.
Хорошо хоть, что там сейчас нет Неудачника. Иначе как бы я рассказала о нем Дааку?
Кстати, а где Даак? Я резко села на постели.
Стул был пуст. Тумбочка оказалась на прежнем месте. Дверь оставалась запертой. В ванной Лойла, кажется, тоже не было.
Сперва я почувствовала облегчение от того, что он не видел, как я металась во сне.
А потом ярость.
Эта сволочь оставила меня одну, беззащитную! Если Кабал захотят отмочить его в маринаде, поджарить и подать с гарниром, я буду только рада.
Я подскочила к окну, прихватив чемоданчик.
Даак стоял внизу и разговаривал с каким-то карликом. Протянул ему что-то, потом направился обратно в отель.
Тогда я уселась на стул и достала пистолеты.
Он осторожно вошел в номер и поставил тумбочку на место.
— У тебя объявились дружки? — спросила я.
Даак подпрыгнул, потом разглядел меня в темноте.
— Перриш…
— А что, ты оставил еще кого-то беззащитной?
— Это ты-то беззащитная? — ухмыльнулся он и потер глаз. — Я тряс тебя, но ты не проснулась. А меня ждало кое-что важное.
— Что?
— Дело.
— Здесь, в Мо-Вае? — спросила я.
— Если мы собираемся найти Лизу Тулу, то должны добывать информацию, а не терять время даром. Я встретил на своей территории торговку, которая сказала, что видела Мэй и Тулу. И тогда я отправился вслед за тобой.
— Какую торговку? — спросила я.
— С седыми волосами, густыми бровями и едой, напоминающей крысиную блевотину?
— Откуда ты знаешь? — Даак удивленно посмотрел на меня.
— Не важно. Сколько она с тебя содрала?
— Содрала? — переспросил он. — За что? Она сказала мне все просто так.
Я почувствовала неожиданный прилив ярости.
— Зачем ты сюда поперся, Лойл? Неужели только ради Мэй и Столовского?
— Прежде всего, ради тебя. — Он опустился на край кровати.
— Мне нужно отыскать Тулу, чтобы уладить свои дела.
Я уже говорила тебе об этом. И не забывай, что это она сделала колдовские куклы, сильно напоминающие кое-кого.
— А кто твой наниматель? — спросил Даак.
— Это профессиональная тайна.
Я пристально посмотрела на него. Свет неоновой вывески делал его лицо полосатым. Может быть, от усталости, а может быть, от фанатизма, оно стало менее привлекательным.
— Тулу известный медиум. Я собирался с ее помощью избавить тебя от Эскаалима.
