Может быть, он сильнее и мощнее меня, зато я более ловкая и проворная. Не обращая внимания на его предупреждение, я в мгновение ока подскочила к двери и распахнула ее. Оттуда пахнуло грибным отваром.
Передо мной сидела Мэй, собиравшаяся войти в транс, в плаще, украшенном перьями. Перед ней возвышался примус, на котором стояла какая-то кастрюля.
Мне показалось, что она выглядит намного лучше обычного без своих привычных туфель на высоком каблуке. Но тут с нее упал плащ. Оказалось, что все ее тело покрывали пятна краски и масла, а из одежды на ней остались только шерстяные тапочки.
Попка сморщилась, соски затвердели, а на лице играла знакомая улыбка.
Я окинула помещение взглядом. Мне почему-то захотелось дернуть за оборки упавшего плаща.
Столовский сидел рядом с Мэй. А еще там находились две дамочки ее возраста и какой-то парень с длинными косами, из которых торчали кости.
Третья незнакомая дамочка стояла у окна. На ней был малиновый шейный платок, а также поблекшая цыганская юбка, из-под которой виднелись штаны и армейские сапоги.
На поясе у нее висел мешочек с зельем. Картину довершали сложные татуировки на лице и множество тяжелых украшений. Она казалась полной, но явно могла при необходимости проявить проворство.
Эта женщина глядела на улицу, а плечи ее согнулись, будто под тяжестью мыслей.
Мне захотелось разглядеть ее лицо, и я прошла в глубь комнаты, остановившись рядом с Мэй.
Сидевшие переглянулись, парень поворошил что-то, по запаху напоминавшее гербициды."
"— Привет, Перриш. Как я рад тебя видеть! — Столовский тепло улыбнулся мне.
Женщина, стоявшая у окна, наконец-то обернулась.
— Видения сводят тебя с ума? — спросила Мэй.
— Не больше, чем все остальное, — ответила я, почувствовав, что паразит снова просыпается. Может быть, вспомнил ее атаку. — Смотрю, у тебя появились новые друзья?
Даак приблизился ко мне, тяжело дыша.
— Это Дженн, Лила и Вызывающий Ворона, — представила Мэй.
Вызывающий Ворона улыбнулся и показал мне большой палец.
— Мы все наслышаны о тебе, крошка.
Говорят, что у тебя дурная ре-пу-та-ция.
Он был довольно привлекательным и невинным, как Столовский. Только это спасло его от взбучки.
— Ты кое-кого забыла, — сказала я.
Женщина у окна пристально посмотрела на меня. Ее фигура и манера держаться вызвали у меня некоторое беспокойство. У нее на лице как будто было написано: «Не приставай ко мне».
Мэй заметила, что мы смотрим друг на друга, и все поняла.
— Перриш, познакомься, — произнесла она. — Это Лиза Тулу.
