Чьи-то большие, теплые руки коснулись меня.
«Таг?»
«Здравствуй, командир!»
«Не называй меня командиром. Так меня звал Ру».
Это я виновата в смерти биоробота. Он зачем-то вернулся ко мне, хотя должен был отправляться домой. И почему смерть всегда вьется вокруг меня?
Я шагнула назад, в тень дюн.
Пальцы сомкнулись на моем запястье. «Ты можешь остановить Эскаалима. Надо только захотеть».
Я шмыгнула носом и опустила глаза. «Конечно, мне чертовски хочется этого».
Он улыбнулся. «Давай же. У тебя хватит сил».
И, улыбнувшись в ответ, я шагнула в кровавое море.
Мое тело, служившее полем битвы, затряслось, будто его кто-то пинал. Оно сотрясалось от электрических импульсов, приказывавших ему изменяться и исцеляться. А потом боль унесла меня куда-то далеко.
* * *— Перриш, очнись! — раздался над ухом чей-то резкий голос.
— Отвяжись, мать, — выдавила я.
Потом потянулась и открыла глаза. Нет, это была не она. Я находилась на балконе все того же дома. Тулу и недоросли исчезли.
Рядом лежало тело Неудачника.
Даак помог мне сесть и прислониться к стене, потом влил в рот воды. Его кожа была теплой, а моя по-прежнему напоминала чешую.
— Где Тулу? — спросила я.
— Улетела на «Прайере». Но ей кое-что осталось на память, — Даак мрачно усмехнулся и показал мне окровавленное лезвие кинжала. На его руке виднелись следы ногтей.
— Вижу, она тоже кое-что тебе оставила, — вздохнула я. — А где Таг?
— Кто?
— Жрец с большими руками.
Даак покачал головой.
— Здесь не было никого, кроме нас с тобой, Перриш.
— Но он исцелил меня.
Его глаза сузились.
— Ты действительно исцелилась. Но без посторонней помощи.
— Как это? — удивилась я.
Даак нежно коснулся моего чешуйчатого лица. Терпеть не могу его нежностей. Я сразу же забываю о том, почему должна верить ему.
Он откашлялся, будто пытаясь привлечь мое внимание.
— Я видел, как ты изменялась. Но потом ты стала прежней и исцелилась."
"Это в самом деле привлекло мое внимание.
— Черт возьми! — Я выпрямилась и ощупала свое тело.
Мою кожу как будто сняли и повесили сушиться, потом вернули обратно. Внутри было совсем по-другому. Меня словно бы отбили, порубили на фарш, перемешали и слепили несколько раз подряд.
— Никто не должен об этом знать. — Рука Даака коснулась моих грязных волос. — Будем держать это в тайне, пока не найдем способа окончательно вылечить тебя.
Мое сердце учащенно забилось.
Он убрал руку с моей головы и снова влил мне в рот немного воды.
