Это был Неудачник!
Тулу прыгнула на него и буквально втоптала в пол.
Я физически ощутила его гибель — с меня как будто содрали полоску кожи. И тело, и сознание снова захлестнула волна боли. Я отчетливо почувствовала близость смерти.
Стало ясно, что мне не уцелеть, но я собиралась подороже продать свою жизнь.
«Отвлекай ее!» — прозвучало у меня в голове. Я поняла, что если Тулу сосредоточит все внимание на мне, то Кабал успеют сделать свое дело.
«Мне нужно прожить хоть чуточку дольше», — подумала я. И поняла, что для этого есть лишь один способ.
Я стала каждой клеточкой своего тела возбуждать Эскаалима.
«Помоги мне продержаться, — просила я. — Помоги мне продержаться, чтобы она сосредоточила всю свою силу на мне. Помоги мне продержаться, и они выиграют время…»
Окружающий мир снова начал расплываться у меня перед глазами.
«Пожалуйста…»
Торжествующий Ангел взмыл у меня перед глазами. Его золотистые крылья были перепачканы в крови.
«Наконец-то, человек. Изменения произойдут прямо сейчас».
Выбор не был благородным.
В моих последних лихорадочных мыслях просто не осталось места для благородства. Осталось одно лишь упрямство. Тулу, Айк и их покровители не смогут разрушить мой привычный мир, даже если мне ради этого придется стать оборотнем. У меня нет причины, чтобы отступать.
— Возьми меня! — прошептала я вслух и стала ждать.
Глава девятнадцатая
— Разве можно не принять подобного предложения, Перриш?
Голос был знакомым и насмешливым. Я невольно открыла глаза.
— Это ты!
Даак прижал кинжал Кабал к горлу Тулу и сардонически улыбался мне.
Я почувствовала неописуемое облегчение. Открыла было рот, но язык не слушался. В горле пересохло, кожа чесалась.
По всему телу прокатилась конвульсия. Началось изменение.
«Остановись! Ты мне больше не нужен…»
«Слишком поздно!»
Я пыталась бороться, но Эскаалим уже начал управлять моим телом и заставил сердце биться во много раз быстрее.
Я проваливалась в такую черноту, что чернее угля.
«Перриш!»
Кто-то лизнул мое лицо, и я почувствовала ужасный запах.
Неудачник! Я узнала его запах даже на пути к смерти.
«Перриш, я больше не могу тебе помочь. Но тот, кто может, совсем рядом».
Его мысли стали слабее, язык двигался медленнее. Он обмяк, и меня охватила печаль.
Я мысленно открыла глаза и увидела бесконечный песчаный берег. За спиной тянулись темные дюны. Я думала о жизни.
Хотелось ли мне жить? Хотелось ли оставаться человеком? Имело ли это значение?
Мои ноги омывали кровавые волны. А дюны начали таять.
