И эта дверь тоже оказалась открытой – ключ торчал в замке. Должно быть, Эмброуз рассказал Саймону, где его искать. Едкий запах пыли обдал ее, когда она вошла в склеп. Она не стала останавливаться и искать выключатель, а просто пошла вперед, освещая себе путь пятнышком света от фонаря, минуя ряды круглых черепов, зияющих ртов, пока луч не наткнулся на тяжелую, обитую железом дверь, которая вела в тайный коридор. Она тоже была открыта.
Корделия не осмеливалась двигаться быстрее: коридор был слишком извилистым, а пол – неровным.
Она помнила, что огни в коридоре горят лишь определенное время, и нажимала каждую кнопку, которую видела перед собой, понимая, что через несколько минут свет за ее спиной погаснет и что она движется из света во тьму. Путь казался бесконечным, а ведь их маленькая компания всего два дня назад ходила по этому же маршруту. На мгновение ее охватила паника, она подумала, что, возможно, завернула в тайный ход и теперь потерялась в лабиринте из туннелей, но потом увидела второй лестничный пролет и перед ней открылся низкий потолок пещеры над Дьявольским котлом.
Одна-единственная лампа, защищенная решеткой, горела ровным светом. Люк был открыт, крышку прислонили к стене, переходящей в пещеру. Корделия опустилась на колени и вгляделась в лицо Саймона. Он весь напрягся, глаза расширились и буравили ее взглядом, так что белки казались огромными, как у испуганной собаки. Левая рука была вытянута над головой, а запястье приковано наручниками к верхнему поручню. Его рука безвольно свисала из браслета наручников – не та сильная рука, которая в ее воспоминаниях резво пробегала по клавишам, а нежная и бледная, как у ребенка.
Постепенно поднимавшаяся вода, черная, как нефть, и похожая на стекло под слабым отблеском с потолка пещеры, с плеском билась о стены и добралась уже до его плеч.
Корделия уселась подле него. Холодный каменный пол словно лезвием обжег ее бедра.
– Где ключ? – спросила она.
– Я его уронил.
– Уронил или выбросил? Саймон, мне нужно знать, где именно.
– Я просто уронил его.
Разумеется. Ему и не требовалось швырять его далеко. Закованный в наручники и беспомощный, он не смог бы достать ключ, как бы близко тот ни лежал, даже если бы у него возник такой соблазн или он поддался бы отчаянию. Она молилась, чтобы дно пещеры оказалось каменным, а не песчаным. Она должна была найти ключ. Другого способа его спасти не было. В уме она уже все просчитала. Пять минут на то, чтобы вернуться в замок, еще пять, чтобы вновь добраться сюда.
