Но такая поза выглядела нелепо, тем более что в полной темноте он точно не мог ничего увидеть. Бакли никогда в жизни не оказывался в такой тишине. Однако в ней чувствовалось что-то положительное: это было не отсутствие шума, а тишина, которая обостряла восприятие и придавала важность и достоинство каждому слову и действию. Он в очередной раз пожалел, что они сейчас не в полицейском участке, где постоянно слышатся чьи-то шаги, хлопают двери, звучат голоса и прочие привычные звуки повседневной жизни. Здесь же осуждающе относились не только к подозреваемым.
На этот раз рисунок у Грогана получился безобидным, даже очаровательным. Похоже, он решил заняться реконструкцией своего огорода. Аккуратные ряды пухлых кочанов капусты, карабкающиеся вверх ростки огненно-красной фасоли и поросль папоротниковидной моркови материализовались под его рукой. Он сказал:
– Значит, после смерти матери вы жили в семье ее брата и находились там, когда леди Ральстон приехала с визитом летом 1978 года и решила вас усыновить?
– Формального усыновления не было.
Моим опекуном был дядя, и он согласился, чтобы Кларисса стала… кем-то вроде приемной матери, полагаю. Она взяла на себя полную ответственность за мою жизнь.
– И вы восприняли это с радостью?
– С огромной радостью, сэр. В обществе дяди и тети жизнь была не очень благосклонна ко мне.
Странно, что мальчик употребил такое выражение, подумал Бакли. Это прозвучало так, словно ему в руки попала газета «Миррор» вместо «Таймс» и его лишили вечернего портвейна.
– И вы были счастливы с сэром Джорджем и его женой? – Гроган, не в силах удержаться от сарказма, добавил: – Жизнь проявила к вам благосклонность?
– В высшей степени, сэр.
– В лице вашей мачехи? Вы так и относились к ней, как к мачехе?
Юноша вспыхнул, бросил взгляд в сторону молчавшего сэра Джорджа, облизал губы и произнес:
– Да, сэр, полагаю, что так.
– В течение последнего года или около того ваша мачеха получала весьма неприятные послания. Что вам об этом известно?
– Ничего, сэр.
Она не рассказывала мне. Мы не часто видимся… виделись, – добавил он. – Я учусь в школе, а выходные она часто проводила в своей квартире в Брайтоне.
Гроган вытащил одну из записок из папки и подвинул ее Саймону.
– Они все примерно одинаковые. Эта вам знакома?
– Нет, сэр. Это цитата, не так ли? Из Шекспира?
– Это вы мне скажите, юноша. Вы же учитесь в школе Мелхерст. Так вы никогда не видели таких посланий раньше?
– Нет, никогда.
– Ладно.
