Начался следующий акт. Или серия, если хотите.
– Откуда вы знаете, Соня, – беззастенчиво уплетал птифуры Реми, – что ваш отец написал завещание?
– Папа мне сам сказал. Незадолго до приезда русского. – Соня гневно мотнула головой в сторону Максима.
– Он вам сказал, что написал завещание? На столик? В пользу Максима?
– Да.
– И где это завещание?
– Не знаю. У нотариуса, наверное.
– Вы его видели?
– Нет. Папа мне сказал.
– То есть это не точно?
– Почему?
– Слова – это слова, не факты.
– Справьтесь у нотариуса.
– Кто же мне такую информацию даст, шутите! Даже следствие по его розыску не открыто… Сколько он может примерно стоить?
– Столик?
– Разумеется.
– Понятия не имею.
– Пьер?
– Тысяч триста может натянуть и даже больше.
– Ого.
– А если его на аукцион выставить, то цена просто непредсказуема, – добавил Жерар.
– Дело не в его денежной стоимости, – с пафосом воскликнул Пьер. – Это уникальная вещь, это произведение искусства. Понимаете? Другого такого нет.
Он был сделан на заказ для русской императрицы русским мастером, в подражание венецианской школе… Эх, – махнул Пьер рукой, – я не могу вам объяснить. У него огромная художественно-историческая ценность, если вам это что-нибудь говорит.
– Не держите других за идиотов, – резко вмешался Максим.
Реми с любопытством глянул на него.
– То есть, – обратился он снова к Пьеру, – если бы этот столик попал к вам, вы бы его не продали?
– Конечно, нет! Я не нуждаюсь в деньгах, – высокомерно ответил финансовый деятель.
– А вы, Максим? Если бы вам столик достался, вы бы его продали?
– Нет.
– Вы тоже не нуждаетесь в деньгах?
– Ну, это было бы преувеличением сказать… Но я бы его не продал. Это семейная реликвия.
– Семейная реликвия! Вы еще год назад ничего о ней не знали! – ядовито бросил Пьер.
– Так вы нуждаетесь в деньгах? – настаивал Реми.
– Я не понимаю, что это меняет? Я бы его не продал, вне зависимости от того, нуждаюсь я или нет.
– А вы нуждаетесь? – с деланым простодушием давил на него Реми.
– Послушайте, – взорвался Максим, – что это меняет? Я не богат, как господин финансовый деятель, но мне на мою жизнь хватает!
– У вас ведь трудности с финансированием фильма, не так ли? Вы на это жаловались Вадиму, – хлестко произнесла Соня, прожигая его черными зрачками.
Максим отвел от нее глаза и встретил неуверенный взгляд Вадима.
