Раз столик не оформлен на меня, то у вас есть мотив… Извини, Соня, если ты действительно хочешь, чтобы я продолжал, то мне придется употреблять довольно жестокие выражения…
«Как это так получилось, что мы все с ней нянчимся?» – мелькнула раздраженная мысль.
– Это не страшно, – тихо ответила она.
– У вас есть мотив для убийства.
– Какой?
– Интерес к столику как к материальной и как к антикварной ценности, учитывая в особенности, что Пьер коллекционирует антиквариат. Интерес убрать Арно до того, как он напишет завещание на мое имя.
Мы уже об этом говорили.
– Я помню. Но ведь это было так, в теории? Ведь Реми не подозревает Пьера на самом деле? Пьер, конечно, страстный коллекционер, но…
Максим посмотрел на Соню отчужденно. Теперь, когда она говорила о Пьере, ее муж снова стал реальностью – реальностью, о которой они напрочь забыли полчаса назад…
– Вот именно поэтому он под подозрением, – неприязненно сказал он. – Кроме того, его можно заподозрить в покушениях на меня: пока он не знал о завещании, он поторопился убрать Арно, а когда ты ему сказала, что твой отец написал завещание на мое имя, то попытался убрать меня.
Потому что если меня нет, то в этом случае столик снова отходит к тебе.
– Неправда! Я не верю! – Соня схватилась за голову руками. – Пьер не мог убить папу! Он не такой, он не способен на это! И потом, он меня любит!
– Ну и что? – холодно ответил ей Максим. – Бывают люди, которые убивают даже тех, кого любят, не то что родителей тех, кого любят.
Соня заплакала.
– Что-ты-пони-маешь! – доносилось сквозь рыдания. – Что ты всех судишь! Что ты сам знаешь о любви?!
– Эй, эй, ну что ты расплакалась, как маленькая! Я же не обвиняю Пьера, я тебе рассказываю, что подумают в полиции! Кончай реветь! – сдал позиции Максим.
«Реми из меня не получится, – подумал он, вспоминая детектива. – Я слишком груб».
– Слышишь, Соня, ну, Сонечка, не плачь, перестань. Это еще не обязательно, что они так подумают. А потом, даже если подумают, надо еще доказать, это не одно и то же – предполагать и обвинять… Ну, слышишь, не плачь!
– Я не могу больше… Папу убили… разве этого мало… – рыдала Соня.
– Еще и Пьера сюда… Пьер не пытался тебя убить! За рулем машины была женщина! Есть свидетели, которые это заметили!
Ну да. А то, что его, Максима, пытались убить, – это ерунда. Главное – не трогайте Пьера."
"– Он мог переодеться в женщину… – Соня снова начала его злить, и в то же время жалость к ней не отпускала его.
