Но почему мне тогда настолько важно услышать всю фразу?! Я хочу до конца разочароваться?! Или возненавидеть?! Или я надеюсь, что Вита сказала правду, потому что на самом деле хочу дать своему отцу шанс?…
— Она вышла через пять минут, — с ухмылкой добивает Тим, — Максимум десять. Вряд ли наш батя — скорострел…
Рычу от тупой злости и смятения, а потом смотрю на машину, уловив в ней движение. Я вижу только их руки, но этого хватает, чтобы понять. Мама плачет, а он ее успокаивает…
— Я не злюсь так, как злишься ты, — шепчет Тим, — Потому что я его понимаю.
Я не такой идеальный, как ты, Егор. И как он. Я лажаю постоянно и знаю, что иногда лажать…так просто получается. Ты же другой. Твердолобый и правильный, всегда выбираешь верные варианты и поступаешь тоже правильно. Тебе понять сложнее. Ты просто слишком сильно похож…
— Блядь! Заткнись!
Откидываю его руки и резко разворачиваюсь, а потом вылетаю из комнаты и из квартиры. Слышу за спиной, как Тим наспех одевается и бросает Вите что-то вроде:
— Не парься, пупсика понесло…
И выбегает следом.
Но пупсика не понесло. Пупсик заебался прятаться от правды и от себя. Хватит. Дудки. Хочешь поговорить?! Поговорим, сука!
«Я дома»
Егор
Из подъезда вылетаю пулей, на ходу потираю нос, перед глазами скачут вспышки алого.
Меня продолжает крыть, и я так ясно представляю, как сейчас выволоку своего папашу из его чертового Гелика, в котором он возил свою шлюху, а теперь додумался посадить мою маму!
Тварь!
Дальше представляю, как он извалял нашу семью в дерьме и закипаю сильнее.
Я его просто ненавижу! Потому что, сука, да! Ты не имеешь права на ошибку, а если так хочешь их совершать, то не заводи семью! Мы тебе не проверочный диктант, ясно?! Ты не можешь потом взять и выписать все свои промахи в столбик и провести «работу над ошибками»! Ты сам нас учил быть честными, быть принципиальными и всегда поступать по совести! А теперь берешь и…что ты творишь?! Как ты можешь?! КАК ТЫ ПОСМЕЛ?!
Ты не имел права быть, как они все! Ты был другим! И я так тобой гордился за то, что ты — другой, но…сука!
Ускоряюсь.
За спиной слышу торопливые шаги брата, но на них не обращаю внимания. Меня никто сейчас не остановит. НИКТО!
Кроме того, чего я не ожидаю услышать…
Когда приближаюсь к машине отца достаточно близко, чтобы понять — его стекло открыто, и на адреналине я слышу их с мамой разговор.
— …Ян… — мама шепчет и тихо всхлипывает, но он ее перебивает тихим смешком.
— Не надо, Полина. Я все знаю. И ты права. Я знаю, что ты права.
