Ты мне отвратителен, и даже смотреть на тебя мне противно, ясно?! Думаешь, ты предал только ее?!
— Наши отношения с твоей мамой — это наши отношения.
— Ты говорил, что любишь ее, и что она самая лучшая. Твои слова. Получается, ты просто их на ветер кидал, так?!
Все мое нутро моментально напрягается в жесточайшем спазме, а дыхание замирает.
Мне важно услышать, что он скажет…я хочу это знать.
Сама спросить не смогу, но…я должна это услышать...
— Твоя мама лучшая…но я ее, видимо, люблю какой-то другой любовью, раз все так сложилось, сын.
Ну, вот...услышала.
Вообще, вопреки здравому смыслу, я снова отмечаю невероятный талант Яна формулировать фразы. ""Я люблю тебя другой любовью"" звучит лучше, чем ""Я тебя больше не люблю. У меня появилась другая женщина, с которой я сплю.""
— Я тебе не сын.
— Егор…
— Пошел отсюда нахер. Предатель! Вали! Чего ты расселся?! Вали отсюда!
Сын так кричит, что с каждым словом я сжимаюсь все сильнее.
Это так больно…больно, потому что ему больно.
И Тиму тоже. Я не злюсь на него. Совсем не злюсь…я выдержу. Лишь хочу закрыть глаза и проснуться там, где нет всей этой грязи. Где не было слов о другой женщине. О разводе. И имени Лола тоже не было…
Я хочу все это забыть.
Жмурюсь, прижимаю руки ко лбу. Меня трясет.
Только не рыдай. Не рыдай. Не рыдай! Нельзя рыдать. Нельзя…
— Убирайся из этого дома! Посмотри, что ты сделал с ней! — голос Егора ломается, а я сильнее вжимаюсь в стену.
Так хочется исчезнуть…но я слушаю.
Будто все, что я думаю, говорю его устами — устами своего сына…
— Похотливая тварь! Нравится, а?! Тебе нравится?! Ты все разрушил! Ради какой-то шалашовки! Да таких по Москве ходит...господи, сколько?! И что?! Она стоит всего этого?! СТОИТ?! ВАЛИ!
Ян проходит мимо меня. Больше всего на свете я хочу потянуться и утонуть в его объятиях, где всегда будет безопасно, но я себе не позволяю. Так и стою. Он тоже. Рядом. Но уже нет…
— Вали, твою мать! Не смотри на нее! Не смей! ВАЛИ! А ты?! — Егор часто дышит и теперь перенаправляет гнев на брата, — Уйдешь с ним — ты мне больше не брат!
— Егор, остановись! — выпаливаю, резко отняв руки ото лба, — Пожалуйста, хватит!
— Что он пообещал тебе?! — сын игнорирует, бешено сверля взглядом Тима, который, как я, смотрит в одну точку и молчит, — Что он тебе пообещал, ты, сука! Я же не слепой! С тобой уже месяц какая-то дичь творится! Потому что ты уже месяц знаешь! И ты молчал! ТЫ.
