- Разберусь. Завтра пробьем «Телеком» по полной, и Тимофеева этого тоже. Ты понимаешь, что эта сегодняшняя выходка может выйти тебе боком? Агенту позвонил, потом сам приехал. Засветить ты меня мог и себя тоже. А что, если Коршун за тобой слежку установил?
- Нет. Все чисто. Я проверял. Ника с ним, понимаешь? Пока просто ухаживает за ней. Но как дальше операцию проводить? Попадет под раздачу.
Артем потер подбородок.
- Сам не знаю, но тормозить уже поздно. Скоро брать его будем. Оставь все как есть.
Андрей поднялся с пола.
- Как есть?! Смотреть, как этот окучивает ее? Как смотрит на нее похотливыми глазками и мечтает трахнуть, если уже не трахнул?! Думаешь, я смогу на все это закрыть глаза?!
- Ты профессионал, капитан. Ты уже годами там квасишься. Личное - в сторону. Мы такой клубок распутать можем, ниточки к самым верхам потянутся. Целый синдикат, понимаешь? Тут не до личного, Асланов.
- Может, пусть уедет с детьми куда? Охрану к ней приставим...
- Не дури. Коршун сразу поймет, что его пасут.
Он далеко не дурак. Он свои делишки годами крутит у нас под носом. Такие партии оружия и наркоты переправляет, что тебе и не снилось. То, что они сейчас задумали - это грандиозно. Товар вывезти в коробках из-под сотовых, на которые и накладные есть, и лицензия. Да их и проверять почти не будут. Проскочат у нас под носом и полетят наши головы. Ты остынь. Будь рядом, и башку свою горячую остуди. Запахнет жареным - Нику спрячем, понятно?
Андрей обреченно кивнул отобрал бутылку у Артема и отпил водку прямо из горлышка.
- Они мои крестницы,
Посмотрел на Артема, тот резко встал с табурета:
- Подожди, я сейчас."
"Ушел. Андрей тихо застонал и сцепил пальцы. Голова раскалывается от тупой боли в висках. Никакая водка не поможет. Все, что сейчас сказал Артем, выворачивает душу наизнанку. Чувство презрения к самому себе так сильно, что хочется биться головой о стены. Все эти годы он проклинал ее, ненавидел, презирал. Он сделал все, чтобы ее унизить. Развелся, не оставив ни копейки - только квартиру.
Что он может хотеть теперь? Ни на что не имеет права – разве что ползать в ногах и вымаливать прощение. Просить о том, чтобы увидеть детей. Жалко умолять выслушать и понять. Что понять? Он ее бросил. Не дал ни малейшего шанса защититься, оправдаться. После всего, что было между ними, вылил на нее ушат помоев. Смаковал свою участь несчастного рогоносца. Артем прав - он сам себя сожрет, обглодает до костей, прежде чем Ника его простит.
