Димон на этом рынке уже несколько лет крутился, кое-что наработал. Ну а вдвоем у нас дело сразу взлетело на новый уровень.
Тут и мои связи помогли, и моя непроходящая злость, которую надо было чем-то глушить. Пить я больше не хотел, так что вся ненависть к Ладке ушла в работу.
Да, тогда я был уверен, что ненавижу ее. Да что там говорить, с того времени в моей постели не побывало ни одной блондинки. Брюнетки и каштанки всех оттенков шли в немеряных количествах, особенно первые полгода. С длинными волосами, с короткими, даже одна наголо бритая была.
Но никого с волосами цвета меда.
Потом этот хоровод лиц, сисек и жоп в моей постели резко закончился, как отрезало. Понял, что и они не помогают."
"Еще глубже зарылся в работу, выводя компанию все дальше вперед. Выкупил у Димона половину его доли, и теперь, по сути, рулил делами единолично.
Димка каждый раз, получая свои двадцать пять процентов прибыли, ржал, что я лучшее финансовое вложение в его жизни. Что я осуществил его мечту валяться в гамаке под пальмами, лапать гладких мулаток, пить прохладные коктейли и наблюдать, как пополняются его банковские счета.
Мне было похрен на его подколки, главное, что работа помогала мне забыть предательницу…
Вот только сейчас она стояла передо мной, буквально в метре. Сверкала непролитыми слезами и обвиняла в измене. Считай, в том же самом предательстве, что обвинял ее я.
Я внимательно слушал ее. Смотрел в возмущенное личико, и отчетливо понимал, что мне плевать, кто кому изменил, и кто кого предал.
Потому что единственное, что мне нужно, это прижать ее к себе и поцеловать.
Конечно, с этим странным делом я разберусь. Тем более, что ее рассказ навел на кое-какие мысли. Но это потом, все потом.
Главное, что на ее руке нет обручального кольца. Значит, или не вышла замуж, или уже развелась, и у меня есть шанс снова сделать ее своей. Потому что без нее мне реально хреново, даже спустя два года.
Поэтому сейчас я шагнул к ней и обнял. Прижал к груди крепко, как и хотелось, и прошептал, трогая губами мочку нежного уха:
— Это был не я, дурочка! И мама моя к тебе не приходила…
— Что?! — она ахнула и попыталась оттолкнуть меня.
— Что ты несешь, Воронов?!
Отвечать я не собирался — зачем, если и так все ясно? Просто стоял, прижимал ее к себе и тянул носом сводящий с ума запах волос. Еще прикидывал как потащу ее сегодня к себе домой.
Только зайду вручить цветы и поздравить, а потом сгребу Ладку в охапку и утащу к себе.
