Она тебя специально заманила и вернуть хочет. Все не угомонится шалашовка! Не поняла, что ты мой! А ей ты никогда не принадлежал! А ты своим поведением меня до истерики довел. Нельзя так, - поджимает губы.
- Давай я тебе анализы там, ты другим врачам покажешь! О чем мы говорим, - вскакиваю с места, хожу из угла в угол. – Все твои выводы, гроша ломаного не стоят! Любой специалист подтвердит, что с Юрой! И виновата ты! – впиваюсь в нее взглядом.
- Я?! - делает рот буквой «О».
- Ты! Ты не мать! – прикусываю язык, потому как с него норовит сорваться поток оскорблений.
А это чревато новой истерикой.
Я сделал все, чтобы сын как можно меньше контактировал с Таей. Построил на территории еще один дом, там сын живет вместе со мной.
Но из-за работы приходится часто по командировкам разъезжать, обычно Тая о Юрке даже не вспоминает и не пересекается с ним. У него хорошие няньки есть. София, она больше нянька Таи, с моим сыном она редко остается, и когда других вариантов нет.
Но это когда я дома. А когда меня нет? У меня работа, вечные командировки.
Юрка заболел, я просил и Таю, и Софию, и Остапа, позаботиться о ребенке. Они заверяли, что все хорошо с сыном. Вернуться раньше никак не мог. Работа – это тоже рабство. Расплачиваюсь за грехи и далеко не только свои.
Чувствую вину на себе. Я не уберег. Мало оградил. Из-за меня Юрик в больнице.
- Это смеешь говорить мне ты?! – визжит, будто ее режут. – Тот, кто превратил меня в овощ? А я… я… после всего приняла тебя! Потому что любовь, Амир, она все прощает, я тебя простила! Но ты ведь не ценишь! Ты снова и снова добиваешь меня! День за днем! – снова начинает рыдать.
– Я запрещаю тебе возвращаться в больницу! Ты слышишь меня! Милка за эти годы профессиональной мошенницей стала, я не позволю тебе совсем мозги запудрить! – берет с тумбочки мобильный телефон, набирает номер, прикладывает его к уху. – Папочка! Папуля! Выручай! Амир угробит моего сыночка, твоего внука! Он и меня обижает! Я боюсь! – воет в телефон с удвоенным усилием.
Глава 26
Милана
- А бить было зачем? – спрашиваю Костика, пока мы едем в машине.
- Не мог иначе. Знаешь, - он задумывается, смотрит перед собой, - Я очень много думал о нем. Тебе не говорил. Но думал. Представлял как его встречу… А когда малой был, представляешь, фантазировал, что он меня найдет, - криво усмехается. – Наивный капец был. – Как раскается в том, что сделал. Попросит прощения. Были моменты, когда я думал, что прощу. Мне хотелось, чтобы увидел, каким я стал.
