Мы уходим, - к счастью, хоть тут Амир соображает быстро и увозит свою женушку.
- Ты еще получишь! Не на ту напала! Я отвечу, бегемотиха! – захлебывается ядом Тая.
Глава 21
Как только закрывается дверь, из-под одеяла показывается голова Юры:
- Ушла, - выдыхает так громко, словно все это время не дышал.
Подхожу к нему, осматриваю. Ему нельзя волноваться. Совсем. А он под одеялом, после операции!
- Юрочка, сейчас я тебя посмотрю, не бойся. И не волнуйся, - говорю, скрыть в голосе дрожь не получается.
- Это вообще кто была? – медсестра стоит рядом, округлив глаза.
- Горгона, - спокойно отвечает мальчик. – И я не боюсь, - смотрит на меня доверчивым взглядом.
- Ты молодец. Храбрый какой! – подбадриваю его.
- Кто? – медсестра даже ближе подходит.
Вот реально хороший у нас коллектив. Но слишком любопытный. Дай им посплетничать, медом не корми.
- Медуза Горгона на нее нельзя смотреть без защитного щита, - мальчик говорит это таким будничным тоном, словно ничего этакого не происходит.
– А у меня его не было, вот я и спрятался. Папа не принес, - морщит носик. – Надо сказать, чтобы принес.
Я стараюсь не показывать смятения, но выходит у меня плохо. Волосы на затылке шевелятся. Это малыш о родной матери говорит. Куда Амир смотрит?
Теперь во мне злость просыпается. Мало того, что ребенка до такого состояния довели, не лечили нормально, так еще и про мать подобное рассказывает.
- И помогает щит-то?! – ахает медсестра.
- Света! – шикаю на нее.
- Помогает, - серьезно кивает Юра.
– У нее еще помощница есть змея София, но она не такая страшная, на нее можно без щита смотреть, даже разговаривать, - доверительно сообщает, улыбается даже.
Мой шок продолжается, для ребенка этот весь кошмар в порядке вещей. Он не знает другой жизни.
- А папаша казался нормальным, - понизив голос шепчет Света.
- Папа у меня хороший, - малыш все равно ее слышит. - Он борется со злом, как Геракл, - трет кулачками глазки, - Только пока он все подвиги не совершит, свободы не видать.
Надо подождать.
- Греческая мифология в современной жизни, - качает головой Света.
Когда мы с Амиром встречались в прошлом, он очень любил мифы древней Греции, зачитывался ими. Видимо, их он сыну и рассказывает, а чтобы реальность такой страшной не казалась, произошла такая подмена понятий.
Так пытаюсь сама себе объяснить происходящее.
Еще убеждаю себя, что не мое это дело. Но как остаться в стороне? Меня колотит от увиденного и услышанного.
