— Потерпи, ладно? — звучит у самого моего уха. — Скоро приедет врач, и тебе станет легче.
Легче? Я и без того чувствую легкость. Она везде. Кажется, еще чуть-чуть, и я взлечу. А еще сгорю. Жар такой сильный. Занял каждую частичку меня. Голову. Грудь. Ладони. Он несется по венам, концентрируется на кончиках пальцев и готовится вырваться наружу. Его цель сжечь не только меня, но и все вокруг.
Что-то мокрое и холодное касается моего лба, и я снова вздрагиваю. С губ срывается выдох, и это все, что я могу.
Снова слышу мужской голос, но он звучит будто издалека.
Кажется, что между нами стекло, через которое он не может прорваться. А я еще и отхожу от него. Все дальше и дальше.
Серена…
Холодный воздух…
Запах лекарств…
Голоса…
Свет…
Все это появляется в моем сознании и исчезает. Я же погружаюсь в желанную тьму. Там не боли. Там нет жара. Только пустота.
Я лечу в ней. Растворяюсь. Становлюсь единым целым.
Пока снова не чувствую боль. На этот раз в руке. Она мимолетная, похожая на укус. После нее становится легче.
Что-то растекается по вена и будто тушит пожар в них. Облегчение, которое приходит вместе с затухающим огнем, снова утягивает меня во тьму.
Грудь жжет. Воздух не проникает в легкие. Он не желает наполнять тело, которым никто не управлять.
Непрерывный писк прорывается сквозь дымку в голове.
Боль сковывает каждую мышцу в теле. Спина выгибается. Я делаю вдох.
Писк становится равномернее и голос проникает в разум:
— Она стабильна."
"Тьма снова встречает меня своими объятиями. И наконец-то я могу нормально дышать.
Но жар возвращается. Он вновь разливается по моим венам, пытаясь расплавить меня изнутри. Кажется, я готова ему поддаться…
— Что ты здесь делаешь? — женский голос, который совсем недавно удерживал меня на поверхности, стал жестче. В нем появилась сталь. Он смешивается с равномерным писком, который уже не кажется чужеродным.
— Что с ней? — тихие, жесткие слова могли принадлежать всего одному человеку.
Но как? Что он здесь делает?
Сердце ускоряет свой ритм, писк усиливаться.
Нужно уйти от него. Он не мог меня найти. Не мог же?
Нежная маленькая рука сжимает мою ладонь, и я чувствую, как спокойствие проникает в мое тело. Я не одна. Не одна. Больше не одна.
Писк немного успокаивается.
— Мы не знаем, — в женском голосе столько беспокойства, что я не невольно тянусь к девушке. Хочу успокоить ее, но тьма сильнее. Она смешивается с жаром и затягивает в свои объятья. Ее щупальцы окутывают мое тело и не собираются отпускать.