Не в приоритетном направлении, а... И на выезде в глубинку могла бы консультировать. Я...
- В настоящий момент это даже не обсуждается, - негромко проговорил он. - И пока все не уляжется, для пользы дела тебе лучше оставаться здесь.
Это был приговор. Она мучительно пыталась осмыслить и собраться, а он все втолковывал:"
"- Маша, посмотри на меня. Никакой трагедии нет. Я понимаю, неожиданно, внезапно. Тебе трудно сейчас принять все как есть, но сконцентрируйся на главном. И помни, что я тебя не тороплю. Просто поверь мне, и мы вместе пройдем через это.
Негромкий голос успокаивающе звучал в ушах, а Маше казалось, что холодные воды топят ее, накрывают ее с головой. Наконец она спросила:
- Скажите, Отто Маркович, это все из-за Андрея Вольского, да?
Он замолчал, несколько секунд стояло звенящее молчание. Потом проговорил, жестко, с неприязнью:
- Да. Информационную войну, задевшую тебя, спровоцировал он.
Еще один ушат ледяной воды.
- Но это еще не все, Маша. Насколько мне известно, он на достигнутом не успокоился.
Теперь Андрей Вольский едет сюда.
Маше показалось, что ее кипятком опшарили.
- Едет сюда?! Зачем, с какой целью?! Когда?! - спросила она физически ощущая, что кресло под ней проваливается куда-то.
Как сквозь вату услышала голос Отто:
- Его цели мне неизвестны, но не надо бояться. Просто помни, что я смогу защитить тебя от любых его посягательств.
Чувствуя, что ее снова заливает холодом от осознания бессилия перед ситуацией, закрыла глаза и сжала лоб рукой. Опять повисло густое тягостное молчание.
Видя, что она не реагирует, Отто спросил:
- Маша, ты мне веришь?
- Да, - ответила на автопилоте. - Конечно... Да.
Потом вскинула голову и попросила:
- Давайте отложим этот разговор на завтра, сейчас я очень хочу спать.
Мужчина помедлил секунду, потом нехотя кивнул и ушел.
***
Маша осела в кресле.
Как в руинах. Опять.
В жизни ничего не меняется. Разум наконец-то переварил, и стало так смешно, до истерики. Она смеялась и смеялась до тех пор, пока не потекли слезы.
А потом навалилось все сразу. Стыд за свое прошлое, аукнувшееся ей так некстати. Впрочем, когда это скелеты из прошлого всплывали кстати? Безумная, давящая усталость.
Картина сложилась целиком, и Маше стало тошно. Как будто жизнь сделала петлю. Думала, чего-то достигла? Карьеру сделала, выросла над собой? Ха-ха...
А вот и нет, тебе снова четко указали место, которое ты достойна занимать. Теперь-то она понимала, что все это время была для своего шефа чем-то вроде...
