Но я хочу услышать, что скажет девушка, стоящая передо мной.
– И все же почему? – слышу свой голос.
С тихим выдохом ее грудь опускается, и она говорит:
– Я уже ответила тебе: потому что Зоуи это заслужила. Она заслужила, чтобы ты вошел в ее жизнь, когда еще не знала тебя. Заслужила слышать звук твоего голоса, представлять твое лицо, представлять все ваши лица. – Ее рука дергается, и я понимаю, что она хочет прикоснуться ко мне, но она не уверена, что я не оттолкну ее. – Эти записи… они всегда были ее любимым шоу, а ты ее главным героем.
И я скажу, что она такая, какая она есть, благодаря тебе. – Она смотрит на моих братьев и Рэйвен. – Благодаря вам всем.
Стоит мертвая тишина. Мои глаза опускаются на ковер, и я задумываюсь. Моя малышка, милая, невинная и добрая, совсем не похожа на нас, но она стала скрепой для нашей семьи, сыграла роль доброй волшебницы. Ройсу нужен был кто-то, кто любил бы его просто так, чтобы он не потерял веру в себя. Мэддок, пока еще не готовый к своему отцовству, чуть было не потерявший, как ему казалось, Рэйвен, отчаянно нуждался в доказательствах существования добра в нашем извращенном мире.
Рэйвен… Рэйвен нужна была поддержка, и история Зоуи помогла ей поверить в то, что она действительно достойна той жизни, которой живет сейчас. Моему отцу нужен был второй шанс. А мне – мне нужна была помощь в достижении моей цели: забрать Зоуи к себе, стать ей настоящим отцом, и эту помощь оказала Виктория.
Мы с братьями одного возраста.
У нас не безупречное поведение, но такого поведения требовал наш образ жизни. Но в глубине души у каждого из нас было что-то такое… не знаю… нежное, требующее проявлять заботу о ком-то. Мы были и остаемся волками, но, как оказалось, отнюдь не жестокость определяет нашу натуру. И вытащила это знание на свет малышка Зоуи.
Конечно, многое случается в жизни и многое еще случится, но я стал отцом в пятнадцать лет, и меня это нисколько не тяготит. Более того, я считаю, что это самое лучшее из того, что я имею.
Я смотрю на Викторию. Теперь я понимаю, что Зоуи почувствовала себя так легко с нами не потому, что она маленькая и готова подружиться с каждым. Нет. До того, как мы вошли в ее жизнь реально, она уже любила нас – каждого из нас.
Виктория подарила мне, моей дочери, моей семье счастье.
– Подожди, я не поняла… – вдруг говорит Рэйвен. – Объясни, пожалуйста, фразу, что я, наконец, появилась. – Она подходит ближе к Виктории.
