– Нет, детка, – шепчу я и тяну ее с кровати. – Маленькая девочка ждет нас.
Виктория улыбается и кивает.
– Но сначала пижама.
Она идет к комоду, а я беру полотенце, оборачиваю его вокруг талии и собираюсь пойти в свою комнату.
У дверей я оглядываюсь на нее.
– Если ты не уверена, Ви, или сомневаешься, ты свободна, – говорю я. – Но хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя и буду любить всегда.
Слезы наполняют ее глаза, она кивает.
– Увидимся через пять минут, капитан.
– Через две, красавица.
Она смеется и отворачивается.
В ту секунду, когда я, уже одетый, выхожу в коридор, Зоуи и Ройс поднимаются по лестнице. Зоуи, заметив Викторию, которая тоже вышла, бежит к ней, а Ройс останавливается рядом со мной. Он держит в руках тарелку с попкорном и термос – уверен, с горячим шоколадом, – в зубах он зажал упаковку одноразовых пластиковых стаканчиков.
Я смеюсь, выдергиваю упаковку, и он кивает подбородком на Викторию.
– Ну, что скажешь, брат?
Я ударяю его по спине, чтобы не был слишком любопытным.
У меня все нормально, я счастлив, и не сказать, что прежде я был близко знаком с этим чувством.
Мы идем в игровую. Ройс ставит тарелку на стол и начинает разливать шоколад по стаканчикам. Я падаю на диван, Зоуи забирается рядом со мной, Виктория садится с другой стороны и берет пульт. В тот момент, когда она включает телевизор, держась за руки, входят Мэддок и Рэйвен.
Рэйвен толкает Викторию в плечо:
– Эй, подвинься, – и они с Мэддоком усаживаются.
Ройс наливает им шоколад и садится на подлокотник дивана.
– Есть еще местечко?
Все взгляды устремляются к двери – пришел наш отец.
Ройс кивает и говорит:
– Все уместимся, пап, – и льет шоколад в стаканчик.
Наш отец садится, и мы вшестером смотрим на Зоуи.
– Что у нас будет сегодня, Зо-Зо?
Все смеются, когда она кричит:
– Тролли!
Ответ ожидаемый, но если в любой другой вечер мы могли бы попытаться убедить ее выбрать что-то другое, то сегодня – нет. Сегодня каждый получает то, в чем больше всего нуждается. И прямо сейчас – и всегда – больше всего мы нуждаемся друг в друге.
Мы – семья.
Мы – Брейшо.
Я провожу рукой по головке Зоуи, и она поворачивается ко мне с улыбкой, потом забирается мне на колени, чтобы обхватить мое лицо. Трется своим маленьким носиком о мой и смеется, когда я делаю то же самое.
– Эскимосские поцелуи, папочка.
И объятия бабочки, малышка.
Вот в чем смысл жизни.
Глава 38
Кэптен– Папочка, кто это? – спрашивает Зоуи, когда я ставлю фотографию в рамке на ее туалетный столик.
