Для Зоуи корзинка была просто идеальной – белого цвета, не большая, но и не маленькая, к тому же Мейбл украсила ее фиолетовой лентой и симпатичными розовыми цветочками. Мы положили внутрь розового сахарного кролика, шоколадную утку и пластиковые яйца с сюрпризом.
Надо было видеть личико Зоуи, когда она нашла все это сегодня утром, но мы договорились, что яйца она откроет на пикнике, и она, как ни странно, согласилась.
– Место совсем не изменилось, правда, парни? – говорит Ройс, оглядываясь по сторонам.
Всюду тележки с едой, в киосках торгуют дешевой ерундой, которая в праздничный день идет на ура, малышня прыгает на надувных батутах и тянет родителей к каруселям.
Каждый год, когда мы были детьми, Мейбл привозила нас сюда на Пасху. От города сюда ехать два часа, кто мы такие, здесь никто не знает (я надеюсь), и поэтому это то, что нам нужно.
– Пойду возьму содовую или что-нибудь в этом роде, – говорит Виктория, направляясь к тележкам с едой.
– Подожди, я тоже умираю с голоду, – кричит Ройс.
– Я с вами хочу, – просится Зоуи, и Ройс, получив кивок от меня, подхватывает ее на руки.
– Как дела, сынок? – спрашивает меня отец, начиная закатывать рукава рубашки – день выдался жаркий.
– Я в порядке, – каким еще может быть ответ?
Он долго изучает меня, а затем отворачивается.
– Ты Брейшо, Кэптен. А это значит, что ты должен выбирать, какую жизнь хочешь вести. Полагаю, она должна быть такой, чтобы ты мог ею гордиться. Конечно, в жизни всякое бывает, но лучше бы поменьше совершать такого, что хотелось бы исправить.
– Он смотрит на Мэддока, который сидит рядом с Рэйвен. – Это касается и тебя, и твоих братьев. Я бы не хотел, чтобы вам пришлось ехать два часа только для того, чтобы ваши дети могли спокойно поиграть в праздник, – говорит он, и тень вины пробегает по его лицу.
– Значит, будет по-другому, – пожимает плечами Рэйвен. – В следующий раз устроим праздник у нас в городе и соберем детей. Пусть приходят все, а не только те, у чьих родителей есть трастовый фонд.
Мэддок целует ее в шею и смотрит нашему отцу в глаза.
– Мы уже давным-давно решили, кем мы хотим быть, а точнее – какими, и это не изменится. Пусть теперь город подстраивается под нас.
– Это то, что я надеялся услышать, – отец кивает нам с улыбкой на лице.
– Ого, – говорю я, когда вижу Зоуи. Конус сахарной ваты у нее в руке чуть ли не в два раза больше ее головы.
– Она же босс, Кэп! – с ухмылкой кричит Ройс.
Зоуи отщипывает кусочек от своего сокровища и протягивает Виктории.
