– Потому что все родители, которые бьют детей, однажды становятся старыми и слабыми, а их дети – взрослыми и сильными.
– Все-таки Полина права, вы ради требований момента готовы придумать любую теорию, – не удержался Алексей. – А вы не думаете, что дети не только захотят отомстить своим родителям, но и воспримут от них модель отношений в семье и точно так же будут бить своих детей, которые ни в чем не виноваты?
– Согласен, – тотчас же ответил Видок. – Жизнь ужасна и полна отвратительной несправедливости.
Так было всегда, и так всегда будет, пока стоит мир. Вы хотели услышать от меня эту прописную истину? Вы ее услышали. Вы думаете, что сейчас пойдете, пристыдите мамашу, может, даже пригрозите ей, заставите отпустить ребенка, и все наладится? Ничего подобного: как только вы уйдете, она примется избивать дочь с удвоенной яростью, а она возненавидит вас еще больше, чем ее.
– И из этого следует вывод, что ни во что не стоит вмешиваться, раз жизнь все равно несправедлива, – съязвил Алексей в запальчивости.
– Нет, – холодно ответил Видок. – Ответьте-ка мне прямо сейчас, не сходя с места: вы готовы забрать этого ребенка себе, кормить его, растить и учить, чтобы избавить его от тирании матери? Вы готовы взять на себя ответственность за него, ответственность на всю жизнь, а не на две минуты, во время которых вы погрозите пальчиком мамаше и скажете что-нибудь о христианской любви к ближнему и о том, что детей бить нельзя? Готовы или нет? Ну так как? Что же вы молчите, мсье? Честное слово, я не узнаю вас!
– Да подите вы к черту! – вырвалось у его собеседника.
– Ага! Стало быть, единственное разумное решение ситуации вас не устраивает, но вашу щепетильную совесть царапает мыслишка о том, что ребенок ревет, и делает это чертовски громко. Плакал бы себе тихо, вы бы ни о чем не узнали и были бы счастливы, не так ли? Вас бы не мучили лишние мысли, вы бы не чувствовали себя таким слабаком и…
Алексей остановился и обернулся к своему спутнику.
– Еще одно слово, – сказал молодой человек сквозь зубы, – и я столкну вас с лестницы.
Но Видок, к его удивлению, только ухмыльнулся и кивнул с явным удовлетворением.
– А теперь послушайте, что я вам скажу. Родители бьют и истязают своих детей, но дети все равно вырастают, и многие – даже приличными людьми.
