– Кто-то нас опередил, – сказал Алексей, выбравшись из-под кровати. – Но кто? Не Огюстен, это точно. А кто жил в этой комнате после Трибуле? Может, это он случайно обнаружил тайник?
Видок ухмыльнулся.
– Дело в том, что эта хибара была куплена Ролленом и Трибуле в складчину, – пояснил он. – Роллен съехал отсюда после женитьбы, а Трибуле – после суда. Потом Роллен хотел продать дом, но выяснилось, что без согласия Трибуле это невозможно сделать. А добиваться его согласия – надо ехать слишком далеко.
– Короче, – подытожил Алексей, оглядываясь, – здесь уже много лет никто не живет.
– Кроме мышей, – ухмыльнулся Видок. – Но я сильно сомневаюсь, что какая-нибудь мышь в состоянии сожрать драгоценный камень величиной с перепелиное яйцо.
– Значит, тупик? – мрачно спросил молодой человек.
– Еще какой, – без улыбки ответил Видок.
В комнате наступило напряженное молчание.
– А что, если это не настоящий тайник? – неожиданно спросил Каверин. – Я имею в виду: что, если Трибуле положил камень в какой-то другой тайник, более надежный?
Видок раздраженно чихнул.
– И где же этот тайник мог находиться? Не забывайте, я тут все обыскал.
– И на втором этаже тоже? И в передней, и под лестницей?
– На лестнице я простукал каждую ступеньку, – отозвался Видок, – а в чулане такая пыль, что я чуть не отдал богу душу, и все же… Эй! Куда вы?
Но Каверин уже выскочил из комнаты. Через минуту до Видока долетел его вопль:
– Патрон!"
"С неожиданной резвостью Видок соскочил с сундука и в мгновение ока очутился возле чуланчика, где Алексей рассматривал что-то на полу.
– Ну? – в нетерпении спросил Видок. – Что вы нашли?
Каверин молча указал вниз.
– Здесь на пыли остался чей-то след. Смотрите!
Видок оскорбленно распрямился.
– Ну конечно, дорогой мсье! Это мой след. Я же сказал: я тут все обыскал.
– Да нет, – сказал Алексей. – Ваши следы отпечатались рядом, вот они… А это…
– Ну-ка, дайте посмотреть, – перебил его Видок и, бесцеремонно оттеснив своего сообщника, наклонился над следом.
– Гм… да… Это не мои ботинки. И не ваши… Ну и лапища у этого типа! И, однако… однако, этот след совсем свежий…
Внезапно в голове у Алексея забрезжила догадка.
– Патрон… В доме осталась какая-нибудь обувь Трибуле?
И молодой человек со старым сыщиком безмолвно уставились друг на друга.
– Там в сундуке лежат совершенно жуткие сапоги, – наконец ответил Видок.
– Тащите их сюда!
– Сейчас.
Сапоги – вернее, их бренные останки – были торжественно принесены.
